Фулл сайз. Только не в меня

Ты чего? У тебя глаза сейчас вывалятся и на ниточках повиснут, как у Сквидварта. Вер, скажи же, похоже? А бинокль мы купим? А подзорную трубу?

– Телескоп еще, – стряхнув остатки наваждения, хриплю я. Маришка похожа на розовую игрушку в каком-то смешном костюмчике со вставками из искусственного меха, блестящих сапожках и дутой курточке. – Вера, на мероприятие девочку можно было бы одеть более стильно. Что обо мне подумает городской бомонд? Там будет куча народу. Спектакль благотворительный. А тут вы в дольчиках и моя дочь, наряженная как поросенок.

– В шубу – прощай молодость и платье из кружев? Это в вашем понимании изысканно? Да вы сноб. Еще раз к вопросу о вашем вкусе, – ехидно поет чертова Булка. – Вы стесняетесь нас? Макар, я думала вы более самодостаточны и не зависите от мнения окружающих. Ошиблась. Жаль. Что ж, можете представить меня своим знакомым настоящим именем. Возможно тогда вам не придется краснеть.

– Ехидна, – рычу я, подхватывая ее под локоть. Маришка уже ждет нас у порога, нетерпеливо притопывая своим сапожком по коврику, воняющему за километр экзерсисами Капитана Всесильного. Этот мелкий ублюдок напрочь игнорирует туалеты, купленные ему в промышленных масштабах. Зато ковры метит с завидным постоянством. – Плевать я хотел на то, что подумает обо мне это стадо.

– Так в чем же дело тогда? – она смотрит прямо мне в лицо, и я чувствую ее дыхание, пахнущее медом и яблоками и еще черт-те чем. Борюсь с желанием попробовать на вкус этот ее розовый бант. – Боитесь, что меня обсмеют? Маришка ребенок, ей позволительно носить вещи соответствующие ее возрасту и потребностям. Удобные и веселые.

– Мы опоздаем, – отшатываюсь от проклятой шпионки, словно от проказы. – Это неприлично. Маришка, это что? Боже, что у тебя на голове?

– Лягушачья шапка, – гордо выставляет вперед подбородок моя дочь, – мы с Верой ее заказали в интернет магазине. Правда клевая? А еще мы купили перчатки с котиками и…

– Вера, я вас убью, если вы купили уродство на мои деньги, – тихо рычу я, борясь с даже не мигренью, а мигренищей, запускающей свои щупальца в мой несчастный мозг. Шапка на голове моей дочери кислотно зеленая, с жабьими глазами и позорными завязочками в виде лягушиных лап, свисающих на курточку до самого пояса. В сочетании с розовым костюмом и золотыми сапогами это треш. – Вы что делаете из моей дочери, вредная вы холера?

– Успокойтесь. Я делаю ее счастливой. Деньги ваши я не тратила, у меня есть своя банковская карта, – спокойно дергает плечом Вера, натягивая на свою шишку, заклеенную крест на крест пластырем с сердечками точно такое же уродство, как у малышки. Я представляю, какой фурор мы произведем на благотворительном вечере.