《Гойда》 (оригинал с Фикбука, слэш)

Он не нашёл ответов в увиденном – поле цвело нежными нектарами, как и каждую весну, вдалеке голубели крепостные стены кремля, а уж за ними, на лазурном небосводе возвышались цветные купола Собора Василия Блаженного.

Лёгкий ветер неспешно гулял во дворе, где ныне стояли опричник да холоп. Дуновение шевелило цветы, которые согласно кивали головками да трепетали лепестками.

- С чем мы здесь? – спросил Басманов.

- Царь-батюшка наказал мне привести вас, барин. – поклонился холоп. – Да наказал, что б вы, как службу свою окончите, явилися к нему.

- Что за служба? – вопрошал опричник, сведя брови.

- Так-с ведь вам ведомо уж, Фёдор Алексеич! – развёл руками крестьянин, да вновь отдал низкий поклон.

Басманов пребывал в смятении, да отпустил жестом холопа, уяснив, что не дождётся чего путного.

Духота и горячая сухость отступила уж, да и не до того нынче было Фёдору. Юноша обернулся да огляделся зорким взором. Пробежался по окнам, что уж были закрыты резными ставнями, али попросту пустовали. Не нашёл юноша ни во дворе, ни в тени, ни на свету высокую мрачную фигуру, неизменно ступающую с золотым посохом.

Фёдор глубоко вздохнул, силясь смекнуть, об коией же службе шла речь.

Перед взором Басманова стоял насмешливый взгляд царя, с которым владыка внимал, будучи наперёд уверенным в воле своей.

Наконец, Басманов получил рассудком своим одно-единственное толкование, и даже оно казалось мало-мальски верным.

«Уж ежели не то…» подумалось юноше.

…

Весенний свежий ветер прогуливался по покоям великого владыки. Пламя свечи дрогнуло, будто бы в страхе навеки кануть в полумраке. Того света, что лился сквозь открытое окно не хватало, чтобы осветить все углы царских покоев.

Капля чернил на кончике гусиного уж успела высохнуть за то время, что Иоанн расхаживал по своим покоям. Он мерным и плавным шагом ступал, вынашивая в разуме сокровенные образы. Наконец, Иоанн замер.

Чуткий слух его уловил лёгкие шаги в коридоре. Некто, невидимы за каменными стенами да дверью, обитой железом, уж был опознан.

Рынды брякнули оружием, когда расступились, давая дорогу пришедшему. Дверь отворилась, и на пороге стоял юный опричник Фёдор Алексеевич Басманов. Юноша застал Иоанна, погружённого в царские труды – государь не отвлёкся от своего письма.

Лишь спустя несколько мгновений владыка будто бы с неохотой да застигнутый врасплох поднял взгляд. Недолго Иоанн хранил холод на лице своём.

Едва он увидел слугу своего, края губ смягчились да заиграли улыбкой. Опричник предстал в красном кафтане и сапогах. За пояс заткнута шашка – верно, уж порывался юнец мчаться в город, порядок да суд вершить, да ныне ведал Иоанн, что не бывать тому.

На плечи спускались мягкие волны чёрный волос, в которых будто сгустилась сама безлунная ночь, до того они были черны.