Господин следователь. Книга седьмая

Университетского образования у господина Андреева нет, профессию свою осваивал в Вятской ветеринарной лечебнице, основанной по инициативе местного губернского земства, о чем ему и был выдан соответствующий аттестат.

И как его образование обозвать? Средне-специальное? М-да… Впрочем, для уездного земства вполне достаточно, у нас и медики иной раз осваивают специальности, работая при какой-нибудь больнице, только им статус лекаря уже не присвоят.

В Кириллове Андреев трудится пять лет, приехал сюда по приглашению уездного земства. Ветеринаров с университетским дипломом сыскать трудно, а специалисты нужны. Жалованье положили хорошее — двадцать пять рублей в месяц, но вот с квартирой обманули. Пообещали казенную, но пришлось снимать самому. Земство каждый год обещает найти ему квартиру или выделить деньги, но ограничивается выплатой одного рубля в месяц на дрова и на керосин. Говорят — подождите немного, все будет.

Впрочем, на двадцать пять рублей в месяц, если снимать квартиру пополам с товарищем, жить в уездном городе можно не просто безбедно, а даже и с шиком. А товарищ, вместе с которым он снимал квартиру, как раз и был землемер Андерсон, поначалу показавшийся ему неплохим человеком. Так что, и жил Андреев, копил потихонечку деньги на собственный дом. Дом — это не просто свой угол, а символ определенного положения."

"С Никитскими — с мужем и женой познакомился два с половиной года назад, в усадьбе, когда оказывал помощь барану-производителю, а потом стал захаживать в гости и в городе. Вначале бывал только тогда, когда в доме был муж, потом стал захаживать и к супруге, а там все и завертелось.

— Скучала Олимпиада без мужика, — откровенно сказал Андреев. — Если бы ее муж поменьше в имении был, а больше ей самой внимания уделял, то ничего бы у нас и не было. А то куда годится, чтобы при живом муже, словно старая дева?

В такие тонкости вникать не стану, это не ко мне, а к сексопатологу или семейному психиатру.

— А как произошел ваш разрыв с госпожой Никитской?

— Андерсон, скотина, дорогу перешел. Он, поначалу-то, просто в гости захаживал, а как Никитский себе любовницу завел, да о разводе начал речь заводить, так тут и был. У меня-то работа такая — в разъездах часто, а он почти все время в городе. По межеванию нынче особых хлопот и нет. Ладно, если пару раз в месяц куда-то вызовут, так и то много. А у меня — то корова растелиться не может — а вытянуть не получается, то лошадь ногу сломает. Нет бы, хозяину лошадь просто прирезать, так всякий норовит — мол, господин фершал глянь, а может что сделать можно? А что я могу сделать? Ногу обратно не склею.

Я лишь сочувственно покивал. У меня все сведения о лечении животных почерпнуты либо из книг Джеймса Хэрриота, а то и вообще, из фэнтези Ника О’Донохью.