Гранатовый дом

Со временем опасения Емельянова развеялись, а поддержка Стеклова стала очень сильным козырем, который Константин всегда держал в рукаве. Правда, пока ему не довелось им воспользоваться.

И вот теперь Андрей был единственным человеком, который мог помочь в поисках режиссера. Потому что Емельянов из своей практики твердо знал: люди не исчезают бесследно. Точно так же, как не существует нераскрытых убийств. Если убийство не раскрывают, значит, его не хотят раскрыть. Если человека не находят, значит, кто-то очень не хочет его найти. А кто еще мог найти человека, если не КГБ?

Емельянов с наступлением темноты отправился к Стеклову как в старые добрые времена — с двумя бутылками хорошего вина. Константин не сомневался, что Андрей дома. Одним из важных преимуществ их дружбы было то, что в любое время, без предупреждения, без звонка Емельянов мог заявиться к Стеклову.

Но едва он подошел к двери, как услышал женский плач. Женщина плакала громко, истерично, навзрыд. Емельянов замер прислушиваясь. Когда рыдания несколько стихли, нажал кнопку звонка.

Открыл Стеклов. Лицо у него было печальное, растерянное. Впустил в квартиру. Мимо Емельянова, разувавшегося в прихожей, буркнув какое-то приветствие на ходу, промелькнула заплаканная Роза. Дверь хлопнула, она ушла из квартиры.

— Я не вовремя. Извини, — огорчился Константин.

— Не обращай внимания, — сказал Андрей.

— Глупо появляться вот так, в момент семейной ссоры.

— Мы не ссорились, — Стеклов провел Константина на кухню. — Это другое. Ее брат.

— Анатолий Нун, писатель? — вспомнил Емельянов. — А что с ним? Вроде бы его собирались выпустить…

— Не выпустили. Не успели, — мрачно сказал Андрей, разливая вино. — Он бежал.

— Что? — Константин не поверил своим ушам, так эта новость не вязалась с образом интеллигентного писателя-диссидента, погруженного в свой внутренний, творческий мир.

— Бежал, — повторил Стеклов, — ранив одного из наших сотрудников. Помнишь банду в Бурлачьей Балке, из-за которой ты еще переживал так сильно? Выяснилось, что среди членов этой банды был Анатолий.

— Застрелиться и не встать! — только и прокомментировал Емельянов, залпом выпив стакан вина.

— Нун арестован не был. Сначала появилась информация, что его застрелили. По словам бандитов, был застрелен некий Толик. Но позже выяснилось, что убитый — уголовник Толян-Жмых, неоднократно судимый. А вот Анатолий Нун исчез в неизвестном направлении. Ты представить себе не можешь, как я его искал!

— Да уж представляю, — хмыкнул Емельянов.

— Обыскал все тюрьмы, влез даже в секретные тюрьмы и спецприемники КГБ. Нигде не было никакого следа! Я ничего не нашел. Он как в воду канул, растворился.

— Может, живет где-то под другими документами? — предположил Константин.

— Может.