Гранатовый дом

Впрочем, возвращение к жизни с абсолютно ясным сознанием было огромным плюсом. И Сергей решил этим воспользоваться.

Он набрал в грудь побольше воздуха, откашлялся, а затем громко произнес, обращаясь к человеку, который лежал на койке у стены:

— Простите… Можно вас спросить?

Тот зашевелился. Он явно не спал, и Аджанов счел это хорошим знаком. Однако на голос его человек не отреагировал.

— Простите… Можно вас спросить? — повторил Сергей громче. — Что это за больница? Где мы находимся?

Человек, перекатившись на другой бок, обернулся. Лицо его напоминало бесформенную, застывшую маску.

Возраст было невозможно определить — ему могло быть и 30 лет, а может, и 50. В глазах застыло очень странное выражение.

Казалось, ему очень сложно сфокусировать взгляд. Глаза его забегали, закружились по комнате, как бильярдные шарики, прежде, чем попасть в лузу. Так бесцельно они кружились какое-то время, а затем остановились, как будто уставившись в разные стороны. Это было так страшно, что Аджанов вздрогнул.

— Простите… — тихо произнес он.

И тогда мужчина замычал. Именно замычал — в полном смысле этого слова.

Он издавал пронзительное: «М-м-м…», а на губах его надувались пузыри слюны, похожие на мыльные. А затем, сдувшись, они вязкой струйкой потекли вниз по подбородку. Он и не думал их вытирать, а все продолжал мычать. И страшней этого зрелища Сергей не видел никогда в своей жизни.

Дверь палаты открылась, и на пороге появилась женщина средних лет в белом халате и шапочке — медсестра. В руке у нее был шприц. Бросив на Аджанова пустой, профессиональный взгляд, она подошла к мычащему мужчине и сделала ему укол в руку.

Тот мгновенно замолчал и перестал выдувать пузыри слюны. Глаза его закрылись, и он застыл, ровно вытянувшись на спине. Однако было понятно, что он не потерял сознание, а просто заснул. Дыхание его стало ровным.

— Что это за больница? — выпалил Сергей в спину медсестре, продолжавшей наблюдать за его соседом. Похоже, он слишком резко это сделал, потому что она вздрогнула. Обернулась. Лицо ее было по-прежнему равнодушным.

— Я позову доктора, — сказала и вышла из палаты.

Аджанов закрыл глаза. Внезапно он почувствовал такую усталость, словно разгружал вагоны с углем.

Час от часу не легче… Вместо тюрьмы — больница. Значит, он болен. Все это не сулило ничего хорошего. Погружаясь в морок этой усталости, Сергей закрыл глаза.

Очнулся от того, что кто-то легонько тронул его за плечо. Глаза открылись мгновенно. Перед ним вплотную к кровати стоял невысокий лысоватый мужчина лет 50-ти в белом халате и очках в огромной черепаховой оправе. Толстые линзы не могли скрыть умных, проницательных, но слишком быстро бегающих глаз.