Гранатовый дом

Офицеров обслуживала бывшая директор пансионата, сейчас заведующая офицерской столовой, и две официантки.

Обслугу для высшего начальства отбирали по специальному конкурсу — все они были не старше 18 лет и писаные красавицы, как на подбор.

В тот день офицерский ужин должен был состояться, когда все уже закончили. Из общего зала давно убрали посуду и даже успели ее помыть. В глубокой секретности отужинало и начальство, как всегда, не отказывая себе во французском шампанском и греческом коньяке.

А вот офицеры собрались только к 9 часам, и для них было велено накрыть только один, большой стол.

Это объяснялось тем, что проводились испытания кораблей, и часть офицеров на берег еще не вернулась."

"За столом сидели семеро: капитан эсминца, который должен был выйти в море завтра с особым боевым заданием, трое офицеров этого корабля, начальник береговой охраны, командированный офицер из спецслужб и инженер, занимающийся военными сооружениями на береговой территории базы.

Они пили кларет, на ужин было подано блюдо из старой русской кухни — беф-строганов и картофельное пюре с соусом из белых грибов.

Нарезка сыров, осетрина и ветчина дополняли меню.

Однако офицеры ели без аппетита. Испытания днем прошли плохо. На эсминце сгорел топливный котел, были обнаружены нарушения в бензопроводе. Плюс появились неисправности в некоторых приборах.

Но несмотря на это начальство все равно настаивало на выходе эсминца на задание из бухты в 9 утра. Все офицеры команды были настроены крайне пессимистично. Они были опытными моряками и понимали, что любая неполадка в зимнем море может привести к самым фатальным последствиям.

— Две докладные! — горячился инженер, опустошая бокал за бокалом с такой скоростью, что кларет не успевали подавать к столу.

 — Я подал сегодня днем целых две докладных! А меня даже не пожелали слушать.

— Не переживайте, — хмыкнул командированный офицер из спецслужб, — я доложу в штаб сразу, если что-то пойдет не так.

— Когда вы доложите, будет уже поздно, — мрачно заявил один из офицеров корабля. — Они отправляют нас на верную смерть только потому, что в отчете о выполненном боевом задании нужно поставить галочку.

— Ну-ну, — попытался урезонить его командир эсминца, единственный из присутствующих отдающий должное еде, причем так, словно он голодал месяц, — зря вы так! И не такое ремонтировали.

Справимся своими силами.

— Ага, на том свете, — мрачно поддержал товарища еще один офицер.

Вдобавок ко всему после 9 вечера начался сильный дождь, и становилось понятно: если он не прекратится до утра, выход в море сильно осложнится.

В офицерском кабинете было тепло, ярко горели лампы в бронзовых подсвечниках, однако это не улучшало настроение присутствующих.