Грехи матери

Движение было затруднено: пятница, и люди уезжали из города на выходные. Оливия приготовила холодное мясо и салат и остудила бутылку вина. Войдя, он обнял ее и поцеловал.

– Ну и денек! – сказал он с озабоченным, усталым видом. Он всё еще был расстроен неожиданным появлением Филиппа и его атакой на мать. – Извини, милая. Как ты себя чувствуешь?

– В настоящее время прекрасно! – ответила она, наливая ему в бокал вина.

Они расположились на веранде с видом на ухоженный сад. У Оливии был симпатичный дом, не маленький, но и не слишком большой. Она в него переехала после смерти Джо, когда все дети выросли, а Мэрибел переселилась в дом престарелых.

Оливии в нем было удобно, он был изысканно оформлен антиквариатом и картинами, которые они с Джо годами коллекционировали. Ей он подходил, Питер тоже чувствовал себя здесь комфортно: дом был гостеприимным и теплым, как и его хозяйка. Его собственный дом теперь имел мрачный вид места, где люди давно несчастливы и ничем не связаны.

– Не знаю, почему Филипп решил записаться в полицию нравов. Думаю, что он несчастлив в браке. Аманда – бездушная карьеристка.

Мне кажется, она бы никогда не вышла за него, если бы не деньги и перспектива когда-нибудь взять бизнес в свои руки. Вероятно, она ждет не дождется, когда я уйду на пенсию или отдам Богу душу. Путешествие не доставляло ей особого удовольствия – как всегда. Она с ним холодна как лед. Но ему это, похоже, не мешает.

Оливия желала сыну лучшей жизни, но нынешняя его устраивала. Он сделал свой выбор и, кажется, был им доволен."

"Питеру тоже не нравилась его сноха, но он на это смотрел так же, как Оливия. Сына выбор устраивал, а мнение Питера значения не имело.

Он никогда не вмешивался в их отношения. К счастью, зять ему нравился гораздо больше, и поэтому он чаще проводил время с семьей дочери. Он любил своих детей, но они стали самостоятельными, выросли и ушли. Теперь радостью его жизни была Оливия, хотя вместе они проводили меньше времени, чем хотелось бы. Но оба были людьми занятыми и всё еще глубоко погруженными в свою работу, а Оливия продолжала много ездить в командировки. Он задавался вопросом, сбавит ли она когда-нибудь обороты? Вряд ли. Если бы это произошло, она чувствовала бы себя несчастной. По прошествии многих лет он хорошо ее знал и любил такой, какая она есть. Теперь Питер не мог вспомнить времена, когда любил Эмили и был с ней счастлив, но знал, что такие времена были.

Они спокойно поужинали на кухне, беседуя, помимо Филиппа, о многих других вещах. Питер планировал провести у Оливии всю субботу, чтобы вместе отдохнуть. В воскресенье утром он хотел поехать поиграть в гольф, а Оливия – навестить Мэрибел, впервые после возвращения из круиза.