Соль этого лета

 — Первый будет другой, — поерзав на мне, устраивается поудобнее.

— Я весь во внимании! — улыбаюсь во все тридцать два.

Она здесь, а значит, можно кайфовать от игр и никуда не торопиться! Это мой заслуженный грузовик с пряниками… Я съем каждый!

Наклоняется, зацеловывая мою улыбку.

— Ты самый красивый.

Довольно морщу нос. Еë губы скользят по моему лицу.

— Самый… Самый… Самый…

Моë самолюбие сейчас лопнет от обжорства.

— А что там за история, кстати, с Катей? Я не понял ничего… — вдруг припоминаю я.

— Забудь, — закрывает глаза ладонью Алёна, смущаясь.

— «Понять и простить»? — дёргаю бровью.

Убедительно и выразительно кивает.

— Как я про твой «косяк», про который знать не хочу.

— Понял… — улыбаюсь я.

— Я приготовила тебе тортик. «Дамские пальчики».

— Вот такие пальчики? — тяну её руку под юбку, которая прячет точку соприкосновения наших тел.

Заставляю сжать в кулак головку.

— Ааа… Shhh… — вбиваюсь затылком в подушку.

С опаской косится на дверь.

— Никто не зайдёт. Ты обещала мне доверять!

Зажмуривается.

— Окей.

Ну, ла-а-адно! Не расслабится ведь…

Ссаживаю её с себя. И забив на полотенце, иду к двери, запираю на щеколду.

Возвращаюсь.

— Где моë «мяу»? — подхожу к кровати.

На мягких лапках подходит к краю. Медленно ведёт языком под пупком, поднимая на меня осоловелый взгляд. Головка, подрагивая от перевозбуждения, упирается ей в щеку.

Тяжело сглатываю. Сжимаю кулаки, чтобы не вмешаться и не ускорить происходящее.

От ожога еë влажным ртом, задохнувшись, вздрагиваю.

Как можно долго обижаться на женщину? Она берёт в рот и ты мгновенно забываешь, что там было вообще… Такая вот читерская опция! Вжимаю кулак себе в губы, чтобы не стонать в голос.

Окно открыто… Но чтобы его закрыть, надо остановить происходящее. Ну уж нет!

Она мучительно медленно делает это. Язык обводит головку, трется об уздечку и снова берет глубже. Мои бёдра дрожат от желания вколачиваться в совсем другом ритме, чтобы разбавить эти нежности ощущениями погорячее.

Затылок и шею обваривает кипятком от сладкого прихода.

— Киска… — шепчу я, сжимая волосы у неё на затылке.

Теряя контроль, врываюсь резче, глубже, быстрее! Чувствую сопротивление её горла и языка, и как от её возмущенного мычания по члену идёт вибрация.

Коготки сгребают покрывало.

— Тише… Тише… — бормочу, уговаривая то ли её, то ли себя.

Выхожу. Извиняюще обвожу большим пальцем её приоткрытые мокрые губы.

Она обхватывает ими мой палец, закрывая глаза и словно глотает его. Одновременно сжимая мой член в руке."

"У меня всë сводит от голода, возбуждения, кайфа…

Повторяю свои вторжения еще раз. Даю мгновение ей отдышаться. И снова…

— Ммм!..

Нетерпеливо заваливаю еë на спину, глубоко впиваясь в так сладко изнасилованный мной рот.