Я не была твоим врагом

– Чего орёшь, дурная девка! А ну, взялись! Господин увидит, что мы замешкались… – договаривать он не стал и сердито рыкнул, – Горт! Меняй коней!

С недоумением вслушиваясь в незнакомые слова, странным образом понимая, о чём говорят все эти люди, я перевела взгляд на девушку.

– Где я? – прежде чем выдавить из себя эти два слова, мой язык во рту неповоротливо шевельнулся и, запнувшись о верхние зубы, прошепелявил.

– А бог его знает, – недовольно бросила девушка и тут же, тихо охнув, пробормотала, – простите, госпожа. Не знаю, где мы, вторую неделю уже в дороге и всё по лесу как волки рыщем.

Ваша светлость, давайте я мешок вам под голову подложу, старая Мэдж сказала набить его соломой, листьями да травами луговыми… говорит, они вас вытянут.

Проговаривая это, девушка умудрялась одной рукой придерживать меня, второй пододвинуть к себе мешок и, аккуратно приподняв мою голову, подложить под неё импровизированную подушку. С этого ракурса представшая передо мной картина привела меня в ещё большее изумление.

Вместо привычной больничной палаты я находилась в лесу.

Узкая, багряного цвета дорога тянулась между огромными темноголовыми соснами. Их узловатые ветви, сплетаясь, превратили длинный пролесок в некоторое подобие сумрачного туннеля. Две крытые повозки застряли в липкой грязи у подножия пологого пригорка. Возницы, уставшие, озлобленные и почему-то напуганные, понукая низкорослых лошадок, тянули гружёные телеги к маленькой полянке…

– Я мех на мешок положила, больно колко на соломе лежать, – продолжила бормотать девушка, поправляя сползшее с меня одеяло, – сейчас повозку поднимут, я вам отвар дам, он вас на ноги мигом поставит.

Рассеянно слушая чудную девушку, я с тревогой следила за приближающимися к нашей повозке мужчинами, вышедшими из тени густого леса. Смуглолицые, поджарые, с тёмными, ниспадающими на широкие плечи волосами, они отличались от тех, кто безрезультатно толкал телеги в гору. Их одежда выглядела богаче, и у каждого на поясе висел меч, а выверенные движения, вздёрнутый подбородок и чёткий шаг явно указывали на то, что эти люди принадлежали другому сословию.

Но больше всего меня настораживал и беспокоил тот, кто шёл первым. Он не отличался ростом и был слегка полноват, его зализанные, светлые волосы не могли скрыть появившуюся на макушке залысину. Однако от него исходили такие безграничная сила и непререкаемая власть, от которых меня невольно пробивал безотчётный страх.

– Почему остановились?! – раздражённо рыкнул мужчина, испепеляющим взором ища виновника задержки.