Я – первый

– Русские научились зарабатывать… – он помолчал, затем добавил: – Я плачу! А знаешь, почему? – Пьяный оглядел всех музыкантов, вопроса не дождался и раздельно произнес: – Потому что в республике Ичкерия тебе бы и за миллион не сыграли, если бы вы в войне победили…

Неожиданно парень посмотрел на меня. Наши глаза встретились. А через секунду гитарист тихо сказал:

– Подойдите, пожалуйста, попозже. Мы сейчас аппаратуру настраиваем.

– Настраивай, сынок, – неожиданно легко согласился чеченец и угрожающе улыбнулся, – только про заказ не забудь…

Громкие голоса в середине зала вдруг привлекли всеобщее внимание.

– У нас нет денег, ты понимаешь русский язык? – отчетливо, перекрывая шум в кафе, проговорили в центре зала. Я привстал, чтобы посмотреть, кто это так непринужденно заявляет о своей финансовой несостоятельности.

Ну конечно… Люда стояла перед столиком, за которым сидели чеченцы. Они развалились на стульях, засунули руки в карманы и дымили сигаретами, наслаждаясь замешательством русской девчонки.

– Как это нет… – проговорила официантка, судорожно сжимая блокнотик, где был записан счет. В ее глазах стояли слезы.

– У вас на пятьсот рублей… Ну ребята… Сейчас у вас настроение, я понимаю. Но надо же рассчитаться… – Она с жалкой улыбкой и надеждой посмотрела на эти пьяные физиономии, ожидая услышать что-то вроде «да ладно, не плачь, пошутили мы немного, а ты сразу хныкать, дуреха…».

Но посетители, у которых не было денег, шутить не собирались. Один из них, парень помоложе, в джинсах и темной рубашке («Это он так ржал, словно рожавшая кобыла, сволочь», – вспомнил я), пододвинул к себе свободный стул и положил туда ноги. Не вынимая рук из карманов, он оглянулся по сторонам и выпустил сигаретный дым в лицо девушки.

– Ну а что ты сделаешь, а? – громко осведомился он, рассматривая Люду в упор с головы до ног. – Милицию вызовешь? Вызывай. Только нам некогда, мы сейчас уходим.

Его товарищ, который гадко улыбался, наблюдая за этой сценой, громко засмеялся.

Девчонка окончательно растерялась. Из ее глаз потекли слезы. Действительно, что она могла сделать? Охранника я нигде не заметил, да его и не было, скорей всего. Рассчитывать на помощь посетителей она не могла. Кто будет связываться в одиночку с тремя пьяными и агрессивно настроенными мужчинами? Дураков как не было, так и вряд ли они появятся. А милиция приедет через час, если вообще приедет.

Тот чеченец, который от эстрады все видел и слышал, усмехнулся и поспешил поучаствовать в представлении. Он подошел к Люде, которая со вспыхнувшей надеждой оглянулась на него (все-таки постарше человек, может, утихомирит этих), и грубо проговорил:

– Что смотришь, дура, тебе сказали, что нет денег, значит, нет! – И он подмигнул тому, который был помоложе.