Я тебя не отпущу (СИ)

— Не мне тебе рассказывать, что такое предательство. Наверное, трудно сходить с ума от того, кого презираешь.

Герман не заслужил такой жестокости. Грязно — напоминать ему о прошлом и сравнивать ситуации. Только у меня совсем нет сил на дипломатию. Этот день уже вытянул все ресурсы, а впереди ответ Климу. И ночь в ожидании встречи.

***

Остаток вечера не покидает ощущение, что спокойные дни подошли к концу и дальше будут лишь короткие оазисы покоя. Радует одно: перед этим мне удалось найти свой тыл — надежную няню, которая не станет требовать, чтобы я куда-то переехала или срочно вышла замуж.

К сожалению, ждать помощи от мужчин не приходится. Герман уезжает, так и не поужинав. Официальная причина: «Не хочу портить ваш девичник». Настоящая — скрыта за непроницаемым взглядом и ровными, сдержанными жестами.

Переписка с Климом дается мне не легче. Хаванский торгуется за каждый час. Приходится объяснять ему, что дети ложатся спать рано, а встреча в девять вечера — это слишком поздно.

«Тогда в девять утра! Если встаете раньше, могу в восемь!»

«Малыши не поднимаются по будильнику. Невозможно угадать, когда Ника проснется.

Неизвестно, когда мы умоемся, позавтракаем и будем готовы встречать гостей».

«Я не гость. Но могу подождать в зале».

«Нет. Исключено. Она будет отвлекаться».

«В машине на улице».

Даже если бы не знала, что Клим родился в апреле, поняла бы, что общаюсь с Овном.

«Давай в одиннадцать. Мы обе будем готовы, а ты с утра успеешь решить какие-нибудь свои вопросы».

Это самое разумное предложение, которое можно сделать. Мы оба владельцы компаний, я прекрасно знаю, каким важным может быть начало дня в офисе. Клим просто обязан согласиться.

Однако ответ приходит другой.

«Хорошо. Буду в десять. Это окончательно».

Глава 21

Глава 21

Ночью я сплю плохо. Несмотря на снотворное, которое выпила заранее, постоянно просыпаюсь... прислушиваюсь, дважды хожу проверять дочку, будто она может куда-то исчезнуть.

Утром ношусь по квартире, будто у нас пожар. Никогда не задумывалась о порядке перед приездом Германа. Все было, как было. А перед Климом стыдно за каждую пылинку и брошенную игрушку, за переполненный контейнер для мусора и грязную чашку.

Разрываясь между приготовлением завтрака и уборкой, я кручусь как белка в колесе.

В результате не остается ни минуты на прическу и макияж. Все, что успеваю, — сменить пижаму на удобное платье и перехватить волосы в хвост.

Ревнивец Герман был бы доволен тем, в каком виде я встречаю Клима. Хоть иди к зеркалу и делай для него отчетное фото.

— На вас лица нет, — замечает Катя. — Что-то случилось?

— Пока еще нет. Скоро случится.

— Вы меня пугаете.

— Помнишь, ты спрашивала про папу Ники?

— Да. — Губы Кати расплываются в улыбке. — Он блондин.