Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке

И снова переездДля меня было критически важно проводить каждые выходные в Шорхэме на Лонг-Айленде, где мы купили потрясающий и чудной дом, который раньше непрерывно совершенствовался своим прежним владельцем, Гейсой Саркани, венгерским архитектором невероятного и неуемного таланта. После покупки дома мы продолжили переделывать его, пока он не начал нас устраивать. Он стал центром нашей эмоциональной жизни на долгие годы. Там четыре моих дочки могли принимать своих гостей, ставить пьесы, отрываться и жить.

Конечно, жизнь в Нью-Йорке по будням, а на Лонг-Айленде по выходным, да еще и раз в месяц поездки в Новую Англию, доставляли много логистических трудностей.

Становилось очевидно, что семье снова придется переезжать.

6

И все-таки он расщепленный

Я очень рано понял: знать, как что-то называется, и знать, что это такое, – не одно и то же.

Ричард ФейнманНовые методы исследований служили топливом для первых движков когнитивной нейронауки, которые теперь работали бесперебойно. Магнитно-резонансная томография использовалась повсеместно – великолепные анатомические снимки позволяли специалистам с уверенностью судить о наличии или отсутствии того или иного фрагмента мозга.

Особенный энтузиазм испытывали те из нас, кто занимался белым веществом мозга, в частности мозолистым телом. Зная точно, сохранились ли (скажем, по недосмотру хирурга) или нет пучки нервных волокон, мы могли изучить мельчайшие детали и понять, где именно в пучке нервных волокон и какая именно информация могла бы передаваться из одного полушария в другое."

"Вдобавок стремительно развивалась электрофизиология человека (активно изучались электрические явления, задействованные в психических процессах), которую исследователи превратили из описательной науки в точную.

Лидировал на этом направлении не кто иной, как мой старый товарищ по Калтеху Стив Хилльярд. После Калтеха он стажировался в Йеле у Роберта Галамбоса, одного из ведущих физиологов в этой области. Они оба были в числе первых специалистов, показавших, как с помощью обычной электроэнцефалограммы из арсенала врачей отслеживать потоки информации в мозге. Они решили усреднить мозговые сигналы, чтобы посмотреть, удастся ли таким образом выявить отдельные реакции мозга, связанные с восприятием и вниманием[136]. Проще говоря, они показывали испытуемому картинку и записывали ответный короткий (длительностью в несколько сотен миллисекунд) сигнал ЭЭГ. Затем показывали ту же картинку еще раз и снова записывали отклик. Проделав это многократно, они усредняли показания электроэнцефалографии. Галамбос и Хилльярд хотели узнать, можно ли выделить отдельную реакцию мозга, отвечающую по времени показу картинки. Оказалось, можно.