История нового имени

Я заподозрила, что он намекает на то, что прочитал мою тетрадь и счел мой литературный подарок абсолютно устаревшим.

В эти недели изнуряющей жары на меня разом навалилась годами копившаяся усталость; сил не было ни на что. Я навела справки об учительнице Оливьеро в надежде, что ей стало лучше; мне очень хотелось ее навестить и доложить о своих успехах; она наверняка обрадуется, думала я, и это меня хоть чуть-чуть поддержит. Но мне сказали, что сестра снова увезла ее в Потенцу. Мне было очень одиноко. Доходило до того, что я начинала жалеть о нашем былом соперничестве с Лилой. Меня подмывало съездить к ней и убедиться, как велика разделяющая нас дистанция. Но никуда я не пошла. От нечего делать я провела тщательное расследование, чтобы выяснить, что болтают о ней у нас в квартале.

Первым делом я попыталась найти Антонио, но его не было. Говорили, что он остался в Германии, женился на голубоглазой немке с платиновыми волосами и пышными формами и уже обзавелся двумя близнецами.

Потом я поговорила с Альфонсо, к которому часто заходила в магазин на пьяцца Мартири. Он стал настоящим денди, этаким красавцем идальго, и изъяснялся на изысканном итальянском языке, изредка расцвечивая свою речь тщательно подобранными диалектизмами. Благодаря ему магазин «Солара» процветал. Он зарабатывал достаточно, чтобы снять квартиру на Понте-ди-Таппия, и нисколько не скучал ни по нашему кварталу, ни по своим братьям и сестрам, ни по густым ароматам колбасных лавок. «На будущий год женюсь», – без особого воодушевления сообщил он мне. Он по-прежнему был с Маризой, их отношения упрочились, и им оставалось сделать последний шаг. Я несколько раз выбиралась с ними в город. Они хорошо смотрелись вместе. Мариза утратила привычку болтать без умолку и, казалось, внимательно следила за тем, чтобы не сказать чего-то, что не понравится жениху. Я не стала спрашивать, как поживают ее мать с отцом, братья и сестры. Я даже о Нино не стала спрашивать, а сама она о нем не упоминала, как будто он навсегда исчез из ее жизни.

Я виделась с Паскуале и с его сестрой Кармен. Он все так же работал на стройке, как в Неаполе, так и в области, а она продолжала торговать в колбасной лавке. Но главная новость, которую мне первым делом выложила Кармен, заключалась в том, что у обоих появились новые возлюбленные. Паскуале втайне встречался со старшей дочкой галантерейщицы, еще совсем юной, а Кармен обручилась с рабочим с бензозаправки, симпатичным мужчиной около сорока, который был от нее без ума.

Я зашла в гости к Пинучче и с трудом ее узнала: нервная, тощая, неряшливая, она смирилась со своей судьбой и вечно ходила в синяках; Рино нещадно колотил ее, пытаясь хоть так отомстить Стефано.