Из хорошей семьи

Ах, зачем она пропускала мимо ушей вопли школьных учительниц о том, что девушку украшает скромность! Слушалась бы старших – и не попала бы в такую двусмысленную ситуацию.

Одно утешение, что завтра суббота и на службу можно не ходить.

Проснувшись утром, Яна потянулась и твердо пообещала себе выкинуть Крутецкого из головы до понедельника, и, видно, так испереживалась накануне, что это ей удалось.

Она понежилась в постели с книжкой, потом встала, покрутила обруч и пошла в душ, но не успела отрегулировать напор воды, как в ванную настойчиво постучалась мама с известием, что Яне звонят с работы.

Пришлось вылезать и, оставляя на кафельном полу мокрые следы, наспех вытираться, кутаться в халат и бежать к телефону, замирая от страшных догадок.

Но это оказался всего лишь Юрий Иванович.

– Ну что, поздравляю, – хмыкнул он, – раскрыла дело.

– В смысле?

– В коромысле. Дуй в адрес.

– Зачем?

– У меня все готово для задержания, так ты уж возглавь, сделай милость. Быстрее только давай.

⁂Жена с бледным лицом вышла из туалета:

– Второй завтрак пошел.

Федор пожал плечами:

– Сейчас будет третий. Спроси, что там предпочитает наш капризный товарищ, творог или сосиску?

– Не говори так, – вздохнула Таня, – врач сказала, что окончательный диагноз поставит только в среду. Все-таки мне лет сколько…

– А кстати, сколько?

– Посчитай. Тебе сорок семь, я на четыре года моложе. Не девочка, короче говоря.

– Так что сварить тебе, Танюша?

– Ой, не знаю… Пойду полежу.

Она ушла в спальню, а Федор раскрыл пошире холодильник и задумался, чем бы таким порадовать жену. По утрам ее выворачивало от любой еды, и только часам к одиннадцати тошнота отступала, но могла вернуться от резкого вкуса или запаха. Так же вид сырого мяса вызывал у нее позывы на рвоту, а про рыбу Татьяна даже думать не могла без содрогания. Пришлось Федору взять готовку на себя, вспомнить юность, когда он жил один.

На обед он запланировал котлеты и рано утром, пока Таня еще спала, прокрутил мясо, а миску с фаршем убрал в холодильник, как следует закрыв, чтобы жена случайно не увидела и ее не стошнило прямо на продукты.

Федор включил газ под большой сковородкой, решив пожарить котлеты сейчас, пока жена отдыхает. На всякий случай плотно закрыл кухонную дверь, чтобы запах жарящегося мяса не потревожил Таню, бросил на сковородку кусок сливочного масла, чтобы как следует протопился, насыпал в глубокую тарелку панировочных сухарей и приступил к лепке котлет. Как он завидовал Татьяне, которая всегда отмеряла нужное количество муки или сухарей для обвалки, а он вечно или насыплет целую гору, так что потом жалко выбрасывать, или, наоборот, слишком мало, приходится добавлять в разгар процесса.