Изгнанник Ардена

А его хладнокровный приказ стонать подобно шлюхе до сих пор звенел у нее в ушах.

Вернувшись в покои, Адалина отказалась от ужина и забралась в постель. Она долго так лежала, глядя в потолок и прокручивая в голове события вечера. Когда последняя надежда уснуть растаяла в сумраке ночи, она накинула поверх сорочки халат на запахе и направилась в покои Тристана.

Она не станет дожидаться утра и выскажет ему все прямо сейчас.

Добравшись до заветной двери, Адалина не стала утруждать себя соблюдением этикета и без стука ворвалась в комнату. На языке уже вертелись заготовленные претензии, но, переступив порог, она так и замерла.

На полу валялась битая посуда, в углу у балкона темнела кучка земли, высыпавшаяся из опрокинутого горшка, письменный стол был перевернут, а на паласе растекалась кроваво-алая лужа вина. Эдда суетилась по комнате, убирая бардак. Адалина поняла, что Изекиль предвидел нечто подобное.

Тристан развалился на диване, одетый лишь в штаны и короткий шелковый халат нараспашку, и пускал в потолок кольца дыма из табачной трубки. Одна его ладонь была перевязана, и на бинтах проступали пятна крови.

– Что здесь произошло? – тихо спросила Адалина, когда Тристан никак не отреагировал на ее визит.

Он нарочито медленно повернул голову к ней и окинул скучающим взглядом.

– Эдда, ступай, завтра приберешь, – приказал он, и служанка быстро скрылась за дверью, будто только этого и ждала.

– Что здесь произошло? – повторила Адалина, как только они остались вдвоем.

– Ничего особенного. Люблю срывать скверное настроение на неодушевленных предметах. У мебели и посуды не нужно потом просить прощение.

– Почему у тебя скверное настроение?

Тристан медленно затянулся и пустил в ее сторону спираль дыма.

– Из-за окружающих меня людей. – Он вновь уставился в потолок.

Его показное равнодушие вдобавок к учиненному погрому стало для нее последней каплей. Адалина сделала несколько уверенных шагов и, выхватив трубку у него из рук, швырнула в сторону опрокинутого цветочного горшка."

"Тристан напрягся и порывисто поднялся с кресла.

– Ты что себе позволяешь? – угрожающим тоном прошипел он, нависая над ней, как волк над испуганным ягненком.

Вот только Адалина никогда не была легкой добычей.

– Я вызвалась помочь не для того, чтобы ты потом делал вид, будто меня не существует. Если у тебя есть претензии, прекращай строить из себя обиженную девицу и говори как есть, – чуть ли не прокричали она и ткнула пальцем в его голую грудь.

– Что за чушь ты несешь?

Он сделал еще один шаг к ней, но Адалина не отступила.

– Ты злишься из-за того, что увидел меня верхом на Фараде. Но я села на него, потому что хотела управлять ситуацией и потянуть время, иначе он бы взял меня до того, как подействовало снадобье.