Изгнанник Ардена

Рэндалл пообещал, что его никто не побеспокоит, а Авроре о его присутствии в Вайтхолле расскажет только на следующий день, и выполнил обещание. Не то чтобы Тристана тяготило общество Авроры, но сейчас он не хотел ни с кем видеться.

Пытаясь хоть как-то отвлечься, он снова изучил содержимое шкатулки Адалины. Королевский указ, списки лордов и другие важные для свержения Стефана сведения он передал Рэндаллу, но в шкатулке остался указ о признании Адалины законной наследницей трона и письмо Танната для нее. Тристан прочел письмо, и на душе у него стало совсем гадко. Как ему было больно и обидно за Адалину, которая жаждала родительской любви и заботы, а получила такую тяжкую ношу.

Он всматривался в знакомый почерк покойного короля и задумчиво постукивал по резной шкатулке перед ним. Внезапно он заметил, что правая передняя ножка издавала более глухой стук, как будто внутри скрывалось полое пространство. Тристан вытащил все содержимое из шкатулки и потряс ее несколько раз возле уха. Из ножки послышался едва различимый звук, словно внутри нее что-то хранилось. Он схватил лежавший на столе кинжал и просунул его в щель между дном шкатулки и ножкой. Та была хорошо прикручена, и Тристан проявил недюжинное усердие, чтобы она, поддавшись, отвалилась.

Там, как и ожидал Тристан, находился тайный кармашек, который почти целиком занимал белый сверток ткани. Сердцебиение участилось от осознания того, что именно сокрыто в свертке.

Его догадки оправдались, когда он развернул ткань и обнаружил перстень невероятной красоты с красным рубином, внутри которого виднелись фиолетовые прожилки. Все это время в шкатулке лежало «Сердце Запада», которое так усердно искал Стефан и которое так боялась найти Адалина."

"Тристан долго рассматривал грани камня, думая, как лучше с ним поступить. Король Таннат признал своей законной наследницей Адалину, а значит, перстень принадлежит ей одной. Даже если она откажется от престола, судьбу «Сердца Запада» все равно решать ей.

С этой мыслью он открыл вторую шкатулку Адалины, чтобы положить кольцо туда. Он не собирался рыться в ее личных вещах, хотя раньше не раз хотел это сделать, но лежавший сверху сложенный лист бумаги заставил его сердце сжаться.

С пожелтевшей плотной страницы на него смотрели нарисованные углем черные глаза с хитрым прищуром.

Его глаза.

Адалина рисовала его.

Осознание этого отозвалось в груди трепетом и невыразимой тоской. Тристан развернул лист и увидел свой портрет во всей красе. На нем он был изображен в миреасской одежде. В углу листа значилась дата и подпись Адалины.

Движимый неясным порывом, Тристан подвинул к себе шкатулку. Внутри лежали разные вещи, очевидно, дорогие ее сердцу.