Изгой

 – Жерар провел ладонью правой руки вдоль кисти левой, и на запястье появился браслет. – Она очень хотела стать не такой, как те, с кем она росла. А другой, особенной. Банальная история, да?

Лидия смутно помнила этот день – ее двадцатый день рождения. Они с друзьями веселились, пили текилу, глотали какие-то таблетки, компания неудачников, смирившихся с этим, а на следующее утро ее жизнь стала другой. Хоть и не сразу, кривая удачи пошла вверх.

– Незнакомец, – напомнил ей Жерар.

Точно, там был кто-то еще, она здорово перебрала стимуляторов и вина, висла у него на шее, а потом с неба упала звезда, и она загадала это желание. Вырваться из привычного круга и стать богатой и независимой.

– Это был ты? – с сомнением спросила она. Высокий мужчина с хищным лицом не очень-то походил на тот расплывчатый образ случайного прохожего, который она кое-как пыталась вспомнить.

Вместо ответа Жерар снял браслет, приблизил свои глаза к лицу Лидии, держа ее за подбородок. В его зрачках пробежали искорки, мир вокруг женщины начал вращаться все быстрее и быстрее, заставляя сознание испуганно съежиться, но внезапно и очень резко остановился.

– Вот примерно так, по крайней мере начало. – Мужчина нацепил браслет обратно. – Помнишь, что ты мне сказала?

Это Лидия отлично помнила.

– Что готова сделать все что угодно, – твердо сказала она, – чтобы это произошло. Чтобы моя жизнь изменилась.

– Да. Все что угодно, мы у тебя пока не потребуем, – Жерар подмигнул женщине, – но кое-что сделать придется, пришла пора отдавать долги. Держи, здесь все подробно изложено, если есть вопросы, задавай их сейчас.

И протянул ей лист бумаги.

* * *Настя была вне себя от злости. Эксперт, который должен был заниматься вещдоками из гаража Марковица, все еще ничего не выяснил, и зачем репортеру второсортного медиа такое количество пенопластовых шариков, она пока не знала. А когда Волкова чего-то не знала, ее так и тянуло кого-нибудь пристрелить. Лучшей кандидатурой для этого был Павел Веласкес, но и тут в очередной раз судьба повернулась к ней задницей.

– Ты должен отдать мне эту сволочь, – орала она, правда, предварительно закрыв дверь в кабинет Эскобара и опустив жалюзи, – это он прикончил ту девку из «Хайята», неужели непонятно! Сначала поимел ее там, в гостинице, а потом вышвырнул наружу. Ну и что, что на камерах его нет, а камеры отследили мотоцикл. Он наверняка как-то вывернулся. У нас под носом гуляет убийца, взломщик сетей, мошенник и вор, да тут на пожизненное тянет, а тебе все равно.

– Послушай себя, – Марк был совершенно спокоен, – то, как ты на это реагируешь, похоже на паранойю. У нас нет никаких, повторяю, совершенно никаких причин подозревать Веласкеса.