Измена. Право на семью (СИ)

В мою семью лезут, плетут интриги против меня, — переводит взгляд на мою скромную персону, а затем на дядю, — угрозами других одаривают.

— Так тебе Ладочка все-таки доложилась? — дядя скалится в недоброй улыбке.

Не сразу понимаю, о ком идет речь. Кому мог угрожать дядя, что Валерий возмутился его обычному поведению? Что-то он не возникал против, когда стал свидетелем того, как дядя перед нашей свадьбой обещал закрыть меня в психушке и привести в чувство. Конечно, прямо он этого не говорил, а выразился витиевато. Да, тогда он был на взводе, почти как сейчас. Улыбается, а в глазах застыл гнев.

— Нет, не доложилась, — Валерий хмыкает. — Она молчит, а вот консьержка поделилась, что захаживали подозрительные мужики, которые попросили сидеть тихо, а один из них, самый пугающий погладил ее котика и попросил отвезти его в ветеринарку, а то глаза у него мутные.

Я в изумлении смотрю на дядю. Меня удивляет не тот факт, что он отыскал любовницу Валерия, а то, что котика погладил и обеспокоился его здоровьем.

— А ты ведешь дружбу с консьержами? — дядя вскидывает бровь.

— А ты любишь котов? — Валерий скалится в улыбке."

"Воздух вибрирует раздражением и затаенной яростью. Говорят о котике, а тон такой словно угрожают друг другу глотки вскрыть. Прямо за столом.

— Мир полон сюрпризов, — легко посмеивается. — Так она его отвезла в ветеринарку?

— Отвезла, потому что кое-кто обещал вернуться и кота забрать.

— Ну и? — дядя вопросительно изгибает бровь. — Что у него с глазами?

— Подозрение на катаракту.

— Вы, мать вашу, серьезно? — сдавленно отзывается Аркадий и переводит взгляд с Валерия и на дядю. — Какая к черту катаракта?!

— Кошачья, — усмехается дядя и смотрит на него. — Я любил животных, а в детстве хотел быть ветеринаром. Что? Да, я сам уже в это не верю.

— Юр… — Аркадий поскрипывает зубами.

— Что? — дядя накалывает на вилку кусочек утки и отправляет в рот. Жует, проглатывает и говорит. — Я так понимаю, твоему сыну осточертели мы и Вика.

— Развод? — с тихой надеждой шепчу я Валерию.

Он смотрит на меня, расплывается в жуткой улыбке и отвечает:

— Нет.

— Да твою ж дивизию! — неожиданно рявкает его тетя.

Теперь все в удивлении смотрят на нее. Откладывает ложечку, поправляет прическу и мило улыбается:

— Извините.

— Милая, — Валерий откидывается на спинку стула и сверлит меня взглядом. — Ты и я вступили в договорной брак, и я от него не отказываюсь.

— Да ты издеваешься… — шепчу я.

— Ты и я слишком зависим от твоего дяди и моего отца, и они не воспринимают меня, как делового партнера, потому что я, по их мнению, могу только унаследовать что-то, но никак не создать и развить что-то свое.

— А такая риторика мне по нраву, — дядя хмыкает. — Надо ее серьезно обдумать.