Изумрудные зубки
Когда бандиты злодейски похищали журналиста Глеба Афанасьева, они не знали, сколько женщин будут рвать на себе волосы. Три Татьяны – законная жена Афанасьева, две его любовницы готовы на все ради самого демонически сексапильного мужчины города. Глеб, несмотря на дьявольскую привлекательность, малодушен и, кроме как на мужские победы, ни на что не способен. Но все же «его девчонки» находят в столе у «шейха» изумруды и серьезный компромат на солидную организацию. Красавицы, легкомысленно присвоив находку, становятся главными мишенями похитителей.Вот тогда начинается погоня, стрельба, и три новых истории любви…
– Врагу не сдае-о-отся наш гордый «Варяг»! – фальшиво и громко запела Сычева.
– Всех не перевешаете! – упираясь изо всех сил, выкрикнула зачем-то Таня знаменитые слова русских революционеров.
– А чем вы нас на ужин кормить будете? – со светской любезностью пристала Татьяна к своему конвоиру. – Учтите, я пью только кофе, пропущенный через желудок мелкого грызуна лювака и ем исключительно консервированные личинки тутового шелкопряда!!
* * *В подвале было сыро и холодно.
Одна радость – под потолком горела тусклая лампочка. Нет, была еще одна радость, – их не развели по разным «камерам», а всех запихнули в одну.
– Остается только надеяться, что они там поубивают друг друга, – вздохнула Сычева. – Правда, нам от этого легче не станет. – Она провела рукой по бетонной стене, словно пытаясь найти хоть малейшую щель, через которую можно попытаться сбежать. На руке осталась холодная влага.
Пол тоже оказался бетонный, сырой и холодный. – Вляпались мы, девки, по полной программе! – подвела Сычева итог своим изысканиям.
– Зачем ты стала их злить?!! – заорал на нее Глеб. Он сел на пол и схватился за голову. – Зачем ты сказала, что знаешь, кто убил Игнатьева? Зачем?! Теперь нас точно живыми не выпустят!
Не обращая на него внимания, Сычева продолжала обследовать стены, пол и углы «камеры».
– Девочки, как вы думаете, они действительно будут снимать с нас скальпы? – тоном, каким говорят о погоде, спросила Таня и пощупала свои волосы, стянутые на затылке в женственный узел.
– Замолчи!! – застонал Глеб. – Замолчи, я тебя прошу! Ты не знаешь, вы не знаете, что мне пришлось пережить!! – Он вдруг вскочил, подбежал к двери и начал колотить в нее ногами. – Выпустите меня! Выпустите меня!!
Железная дверь ответила ему гулким грохотом.
Его мужская истерика была отвратительна и Тани, не сговариваясь, разом отвернулись от Афанасьева.
– Ну почему, почему они не вкололи нам то лекарство, которое вкололи мне первый раз! – взвыл он. – С ним было не страшно, с ним было весело...
– Тише! – закричала Сычева. – Тихо. Слышите, кто-то в стенку стучит?
Все замерли, стараясь не дышать.
В стенку справа действительно кто-то дробно, тихонько и очень интимно постукивал.
– Это Пашка! – прошептала Татьяна. – Это он!! – закричала она. – Он услышал, как кого-то тащат по коридору, узнал наши голоса и теперь пытается достучаться! Па-ашка-а!! – Татьяна кулаками начала стучать в стену, но звука не получилось, она только отбила себе кулаки о бетон.
– У меня есть ремень, шнурки и галстук, – прошептал Глеб. – Я повешусь!
Сычева захохотала, сняла с себя «лодочку» и шпилькой оттарабанила в стенку бравурный марш.
С той стороны кто-то старательно повторил ритмический рисунок.
– Точно Пашка! – засмеялась Сычева.









![Афера [СИ]](/uploads/posts/images/5/afera-si.jpg)




