Седьмое правило дворянина

— Никто не может поднять руку на Николая Александровича, а потом греть свою жопу под солнцем на берегу Тихого океана, да еще и присылать деньги каким-нибудь уродам, чтобы Императора обливали грязью, правильно я рассуждаю?

— Абсолютно, — кивнул я и еще раз взглянул на плешивого, смотревшего на меня с фотографии. — Безнаказанность порождает вседозволенность, я так думаю.

— Верно мыслите, граф, нужно будет посоветовать Романову, чтобы он вам еще один орден выписал, — одобрил Максим Иванович. — В общем, раз уж остальных арестовать мы не можем, есть мысль покончить с этими негодяями. Начнем с Мордвинова, как вы на это смотрите?"

"— Да мне в общем-то не принципиально с кого начинать, — пожал я плечами. — Вот только один момент меня как-то смущает… Ничего, что меня знает каждая вторая собака? Это не помешает секретности проведения операции? Не то, чтобы я волнуюсь… Я все понимаю, невидимость там и все-такое, но я же не могу все время под препаратами перемещаться? Вы же сами сказали порталов не так много… Может быть я что-то неправильно понимаю?

— Все правильно понимаете, — ответил Шувалов и почесал щеку. — Но есть один маленький нюанс. У вас будет артефакт Полного Перевоплощения, который позволяет превращаться в любого человека, и даже, я извиняюсь, в девушку. Он является запрещенным, но… агентам Приказа тайных дел разрешается их использовать, и смертная казнь им за это не грозит. У нас в арсенале много таких игрушек. Поэтому я не думаю, что вам стоит переживать о том, что вас кто-то узнает…

Ага, вот оно значит как… Агентам Приказа еще и запрещенными артефактами пользоваться разрешается, надо же сколько мне плюшек полагается, просто сладкая жизнь какая-то! С учетом моей самой последней обновки информация для меня очень полезная и своевременная.

— Тогда это меняет дело, переживать конечно же не стоит. Продолжайте, князь.

Глава 16

Великое Московское княжество.

Москва.

Имение Морозова.

В этот вечер герцог попросил убраться из дома к чертовой матери всех, даже слуг. В имении не было никого, кроме охраны, которой велено было не пускать к нему ни одной живой души, даже его сына. Особенно сына.

Он не хотел видеть своего непутевого отпрыска, один лишь взгляд на которого доставлял ему невыразимые страдания и всякий раз напоминал о том, что по сути он напрасно прожил свою жизнь.

Вот как раз сейчас он медленно шагал по своему огромному пустому дому, прихлебывал коньяк и размышлял об этом. Вообще сегодня он многом думал, но в данный конкретный момент именно об этом.

Сначала ему на ум пришел Салтыков… Царство Небесное бывшему другу и его сыну… Сам он хоть и припадочный, а вот детки у него вышли что надо — сынок и девочка. Дочурке даже посчастливилось в живых остаться, это же нужно столько счастья в одно лицо.