Клан бешеных

Она была очень недурна собой – длинные ноги, роскошные распущенные черные волосы и большой бюст. Красавица была одета в такое откровенное серебристое бикини, что с таким же успехом могла бы смело ходить и без него. В руках она несла блестящий поднос. Девушка театрально опустилась перед Виссарионом на колени и поставила поднос ему на ноги:

– Роллы готовы, мой сладкий!..

– Потом, потом! Ну их к черту, эти твои японские прибамбасы! Столько времени потеряли…

Ого, кажется, мне сейчас посчастливится стать свидетелем одной очень интересной сцены!

Виссарион между тем взял поднос и поставил его на сервировочный столик. Длинноногая продолжала сидеть перед ним на коленях. Он нагнулся и впился в ее губы долгим поцелуем. Девушка застонала, сама начала срывать с себя купальник, вернее, то, что его имитировало. Виссарион не возражал. Напротив, он активно помогал ей, потом они вдвоем сняли его белые трикотажные трусы.

– Смотри, я сделала себе интимный пирсинг, – донеслось до меня.

– Где? Покажи! О-о!..

Обнаженные молодые люди упали на диван, терзая друг друга в объятиях и страстных поцелуях. Я почувствовала, что невольно краснею. Вообще-то я не любитель подглядывать в замочные скважины, тем более спален, но тут выбирать не приходилось."

"В течение двадцати минут пара продемонстрировала мне несколько поз из Камасутры, а я все это аккуратно записала на камеру. Глядя на их любовные утехи, я вдруг поняла, почему Виссарион так груб со своими девушками: даже сейчас, во время интима, они с черноволосой изображали какую-то игру в садиста и мазохистку – он якобы принуждал ее делать что-то, а она якобы сопротивлялась этому. Но надо сказать, что сопротивлялась не особо: делая вид, что повинуется грубой силе, девушка в то же время стонала от наслаждения.

Но вот их силы и фантазии иссякли, и они, раскрасневшиеся, потные и уставшие, откинулись на диванную подушку, тяжело дыша. Молодые люди лежали рядом, тесно прижавшись друг к другу, и лица их просто светились счастьем. И вдруг каждый принялся выражать партнеру свое восхищение: ах, как ты сегодня был великолепен, мой сладкий!.. А ты была так неподражаема и так офигенно стонала!.. А ты вот в той вот самой позе доставил мне столько удовольствия!.. А ты, Ил, так безропотно приняла мое предложение сделать вот это…

Через несколько минут, пропев друг другу хвалебные песни, молодые люди перешли к более прозаическим темам:

– Ил, скажи, ты и с моим отцом вытворяешь в постели такое?

– Ну, что ты, сладкий! Разве твой отец может сравниться с тобой?! Он такой толстый и такой неповоротливый… А еще ему страшно мешает живот. Я советовала ему похудеть хоть немного, но он категорически возражает, говорит, что живот придает ему солидности.