Клеймо сводного брата (СИ)

— Привет, — он выходит из дома, оглядываясь, и как будто хочет мне улыбнуться.

Но я не отвечаю.

Единственное, что я желаю сделать, это сдвинуть его с дороги. Найти ее. Ту, что предала. Ту, что клялась в любви, а потом кинула меня.

И если Петя думает, что меня остановит штамп в паспорте, то он глубоко заблуждается.

Как бы я ненавидел Соню, она моя, только моя. И наказывать я ее буду в соответствии с этим. Тем более теперь проблем с деньгами у нас не будет. Она будет наслаждаться роскошью, как и мечтала, и кляпом во рту. Чтобы не орала, когда я буду ее трахать.

— Подожди, — хватает меня Петя, но я легко отталкиваю его, так что он падает. Иду в дом. — Подожди. Нам надо поговорить!

Кричит он мне в след, да ничего меня остановить сейчас не в силах. Мне лишь бы увидеть ее, лишь прикоснуться… Ощутить аромат ее тела.

— По телефону поговорим, когда ты подпишешь документы на развод.

Шаг за шагом, к нужной цели. Звон в ушах не мешает мне наслаждаться неминуемой расплатой.

— Да постой ты! — останавливает меня на лестнице этот придурок, тяжело дыша. Глаза бегают в разные стороны. — Она не может быть с тобой!

Ещё как может! И будет.

— Теперь это не ей решать, — вырываю свою руку, толкаю его снова и только делаю шаг, как вдруг слышу отчаянное:

— Она не может! Она не помнит ничего с момента пожара!

Глава 28.

Я не верю. Это настолько дико и смешно, что меня впервые за год пробирает на хохот. Только не солнечный, каким я заливался с моей любимой Соней, а злой, агрессивный. Болезненный и хриплый.

— Ты думаешь, я поверю в эту хрень? — ору я ему в лицо.

— Я тоже не верил, — убеждает меня Петя. – Потому что… Ну не верил. Но мы были у врачей. Были сотни тестов. И все как один говорят амнезия.

В сердце словно вонзается оголенный электрический провод. Меня бьет током от страха, что возможно он не врет. Что теперь Соня для меня снова просто сестра, и моя ненависть направлена на, по сути, чужого человека. Если только…

— Что именно она помнит?

— Она помнит свадьбу, пожар и как… — он делает паузу, такую долгую, что, кажется, замирает время. Сердце пропускает удар. – Как я лишил ее девственности."

"— Ты? — издаю я рык, хватая его за грудки, наклоняя над перилами лестницы. Под которой мозайчатый мраморный пол. Больше всего хочется скинуть его туда. Насладиться хрустом костей и убрать, наконец, препятствие, которое повредило мой разум. – Ты сказал правду? Рассказал, как все было на самом деле?

— Я не хотел ее травмировать еще больше. Я просто снова стал ее мужем, как и советовали врачи.

Меня начинает колотить. В голове шуметь, кровь бить волнами прямо в мозг.

Вот так.

Пока я сидел в тюрьме, Петя использовал себе на пользу амнезию моей Сони. Поселился в доме, где мы бегали детьми. Трахает ее в супружеской постели, право на которое Соня давно передала мне.