Клетка семейного очага

"

"Это все же был сон. Потому что, открыв глаза, она увидела белый потолок. Но сон этот был почти точной копией действительно случившегося. Татьяна застонала.

– Тань, не дергайся. Сейчас врача позову, – Зотов дотронулся до ее ледяных пальцев и вздрогнул. Торопливо, пока она еще не успела его удержать, выбежал за дверь.

Он пришел сегодня с утра, потому что Татьяне вчера вкололи снотворного, и она пробыла в полном забытьи всю ночь.

Вчера, после звонка сына (или кто он ему?), Зотов, заводя машину, даже предположить не мог, что его ждет. Он открыл ему дверь, этот похожий и непохожий на Петьку тощий подросток. Зотов, не видевший его чуть больше месяца, ужаснулся. И понял все сразу. Будто пакостная картинка встала перед его затуманенным от бешенства взором. Картинка, услужливо подсунутая воспаленным воображением: Петька в полном отрубе на грязном матраце, в какой-то квартире, больше похожей на общественный сортир. Зотов потом, позже, понял, что такой притон он видел в криминальной хронике по телевизору. Просто поместил мысленно туда Петьку. Вписался Петька, который сейчас стоял перед ним, в то место идеально.

– Что тут у вас? – Зотов отодвинул плечом (руками даже дотрагиваться не хотелось) Петра и шагнул в коридор. Тишина, нарушаемая лишь тихим воем, была непривычной. Он внимательно посмотрел на сына, прижавшегося к стенке. Подошел и поднял его голову за подбородок. Кожа на щеках Петьки была пунцово-красной. Зотов опустил руку, и голова парня тут же упала на грудь. Зотов пошел по коридору в сторону спальни. Он сначала не понял, что за старуха двигается навстречу, протягивая к нему дрожащие руки. Волосы, словно в безумном начесе, торчали в разные стороны. Размазанная по лицу тушь придавала ему оттенок синевы. Губы, все еще яркие от помады, тряслись и дергались.

– Таня? – он осторожно отступил назад.

– Ты?! Это ты во всем виноват! Будь ты проклят! – вдруг завопила старуха Татьяниным голосом.

– Пап, она меня избила. Ты осторожнее, она с ума сошла, – откуда-то сзади раздался Петькин голос.

– Заткнись. «Скорую» вызови, не видишь, плохо ей. Ну, живо! – он зло зыркнул на сына. Петр кинулся на кухню, видимо, за телефоном.

– Таня, успокойся. Где мама? – Зотову удалось обойти жену сзади и удержать за плечи.

– Там, – Татьяна кивнула. – Только там не она, там труп. Ты убил и ее!

– Хорошо, иди в комнату. Полежи, я схожу, посмотрю, что с Раисой Сергеевной.

Татьяна, неожиданно послушавшись, зашла в спальню и закрыла за собой дверь.

Зотов, увидев скрюченное в последней судороге тело, сразу понял, что теща мертва. Страх и боль были последними эмоциями, испытанными ею в этой жизни.

Он как-то забыл про Петьку. Оставив его в квартире, отвез жену в больницу, а тело тещи санитары забрали в морг.