Князь из будущего. Ч. 1

А что с другими племенами?

— Я не знаю точно, мой хан, — потупился парень. — Но, я видел по дороге убитых родичей. От наших земель до Дуная три дня пути. Они не могли пройти незаметно. И еще… Они угнали только лошадей. Я вернулся назад, когда они ушли. Они не тронули баранов, но табун лучших коней увели с собой.

— Да зачем им бараны? — раздраженно сказал хан. — Что они будут с ними делать? Они хотят посадить в седло всех, кто может держать лук. Это же и так ясно. Иди в лагерь, парень, найди своих родных. Мы отомстим за твою семью.

Турсун сжал в руке чашу с медом, который цедил сквозь зубы. Нужно спешить. Если это то, что он думает, то все может закончиться очень скверно. Да! Нужно послать глашатая к стенам города. А вдруг?

Не прошло и получаса, как всадник на низкорослой лошадке неспешно двинулся к воротам, а к его копью был привязан белый лоскут. Стрелять в него не стали, а вместо этого позвали князя, который поднялся над частоколом так, чтобы его было видно.

— Говори! — сказал Само.

— Я пришел передать тебе слова моего хана, словен. — Обрин говорил почти без акцента. — Откройте ворота, отдайте оружие и все, что есть в городе, и тогда вы останетесь живы. Если ослушаетесь, мы возьмем город, и тогда вы все умрете жестокой смертью.

— Это все? — спросил князь со скукой в голосе. — Поезжай назад и передай своему хану. Город мы не сдадим, но я готов с ним договориться. Пусть приходит сюда. Я клянусь Перуном и Яровитом, что ни одна стрела не полетит в его сторону.

— Ты услышан, словен! Я передам твои слова хану. — Обрин развернул коня и поскакал в лагерь, аккуратно объезжая горелые бревна, что когда-то были домами в городском посаде. Пройти две сотни шагов пешком урожденному всаднику даже в голову не пришло.

Тудун выдержал время. Негоже ему мчаться на зов раба. Но и послушать, что он скажет, было интересно. Увидеть врага своими глазами всегда полезно, а послушать его полезней вдвойне. И вскоре хан с небольшой свитой подъехал к воротам, которые со скрипом отворились. Навстречу ему выехал молодой парень в странном доспехе и в шлеме, изукрашенном золотом и чеканкой. Светлые усы свисали почти до голого подбородка, что несказанно удивило хана, носившего густую бороду.

— Что ты хотел сказать мне, раб? — презрительно спросил его Турсун.

— Тот парнишка из кочевья уже добрался до тебя? Ну, тот, у кого вырезали родственников? — задал Само неожиданный вопрос.

— Откуда ты знаешь? — выпучил глаза хан.

— Это я приказал пропустить его, — без ложной скромности ответил Само. — Ни одна стрела не полетела в его сторону. Вдруг ты не знал об этом.

— Так это твоих рук дело? — нахмурился хан.

— Моих, — кивнул Само. — И не только это. На пути сюда гонцы из других племен. Кочагиров, насколько я знаю, едва половина осталась.