Князь из будущего. Ч. 1

— Так насчет тех беглецов, это правда? — удивился Лют.

— До последнего слова, — кивнул Само. — Я приказал мораванским всадникам те кочевья, откуда воины ушли, под корень изводить. Одного-двух выпускают, чтобы вести в войско пришли. Они совсем скоро должны в лагерь прискакать. Горан знает, что их убивать нельзя. Пока все идет, как надо, но я предпочитаю не доверять дело случаю, у меня в лагере уже один человечек работает.

— А почему ты его племя не велел трогать? — спросил Лют.

— С ума сошел, что ли? — изумился князь. — Их в первую очередь режут.

— Да чтоб я сдох! — Лют сел на коновязь, совершенно без сил. — Так ты знал, что все так будет?

— Не знал, — честно ответил Само. — Но осаду не исключал. И я знаю точно, что один-два приступа мы отобьем, и на этом все! Они камнями разобьют частокол, подведут осадные башни и возьмут город. Мы с Деметрием раз десять это отрабатывали. Конец всегда был один и тот же. Мы — покойники!

* * *— Вы слышали? — невысокий пожилой степняк подсел к костру воинов из рода кочагир. — Вы уже слышали вести из кочевий?

— Что слышали? Какие еще вести? — лениво спросил его воин, мешавший какое-то варево в котле. Мяса там не было, приходилось есть взятое в деревнях зерно.

— Мораванские ублюдки вырезали ваших стариков, детей и жен, пока вы воюете с хорутанами. Я сейчас был у ханского шатра. Его нукеры это обсуждали. Режут все племена, кроме забендер. Их не трогают. То ли боятся, то ли договорились. Да об этом уже все знают!

— Да врешь ты все! — воин даже ложку уронил в котел, откуда начал вылавливать ее, обжигаясь и дуя на пальцы.

— Да клянусь духами своих предков, — поклялся пожилой степняк. — Сам сходи туда и узнаешь. Да вон идет воин, давай у него спросим.

— Эй, батыр! — спросил кашевар. — Ты слышал, что ублюдки из-за реки разгромили наши кочевья?

— Да весь лагерь только об этом и говорит, — хмуро ответил воин. — Сегодня двое мальчишек прискакали. Слава Великому Небу, они нашли тут своих отцов. Но их матери и братья убиты.

— Что ж, мы в походе, — вздохнул пожилой воин, — приказы хана не обсуждают.

Он встал от этого костра и пошел дальше, находя все новые и новые костры, где его ждали благодарные слушатели. Семь-восемь человек около каждого. Ведь очагов в войске было несколько сотен."

"Слухи один другого страшнее покатились по лагерю, но пока не докатились до ханского шатра. Турсун уже пришел в себя от беспримерной наглости местного князька, и ум опытнейшего воина снова стал холодным и расчетливым. Гнев уже покинул его, и хан даже немного повеселел, оценив то, как неловко и наивно его попытались использовать. А мальчишка-то оказался хитер. Разжег его ярость, чтобы спровоцировать на глупые поступки. Не дождется! Хан построит осадные машины, и только потом возьмет город.