Князь Вольдемар Старинов. Дилогия

В конце концов, на Базе были уверены, что он станет расти, но никак не уменьшаться, а на такую вот гостью никто не рассчитывал. Вздохнув, Володя укутал её сначала в платок, потом натянул ей куртку и снова подвязал рукава, а напоследок надел шерстяную шапочку. В таком виде и вынес на улицу, поскольку несчастный ребёнок в своём наряде не смог сделать и шага. Вот ещё головная боль — во что её тут одевать? А платье мало того, что не высохло, так ещё и изорвано всё, как и её тёплая зимняя курточка. Не рассчитывал никто, что в этих вещах будут по лесу бегать.

Девочка вертелась на руках как юла, пытаясь всё рассмотреть.

Володя с трудом донёс её до кухни, где в плите уже вовсю горел огонь, двойные же стенки купола с прослойкой из воздуха хорошо удерживали тепло. Мальчик снял с нежданной гостьи тёплую куртку, а вот платок разматывать не стал и с облегчением усадил её на стул.

— Сиди.

— А где мама?

Мальчик замер. По правде говоря, он надеялся, что этот вопрос возникнет позже. Его теперешних знаний языка не хватит, чтобы всё объяснить и утешить. Но и не отвечать нельзя. Он вздохнул, пододвинул второй стул и сел рядом, пытаясь подобрать нужные слова, но словарного запаса катастрофически не хватало.

Он сердито махнул рукой, встал и вытащил из шкафа сумку, которая была у женщины, положил её на стол и сел рядом.

Девочка растерянно потрогала её.

— Мамина…

— Я не успел спасти… Волки… Она защитила тебя…

Слово «волк» в его словарном запасе отсутствовало и пришлось назвать зверя по-русски, изобразив его жестами.

— Волки? — переспросила девочка.

Не уверенный, что правильно понял, мальчик кивнул."

"— Её нет больше, — пробормотал Володя, понимая, что говорит не так и не то, но не в силах сказать что-то другое — всё-таки простое наблюдение за поведением людей давало мало информации по языку.

Точнее, слов-то он уже выучил много, а вот их перевода не знал, не мог ещё соотнести слово и следующее за ним действие. О чём-то догадывался, о чём-то подсказывал лингвоанализатор. В результате словарный запас из трёхсот слов — разговор на уровне племени тумбо-юмбо вести можно, а вот рассказать о чём-то значимом — нет.

Девочка затихла, сжавшись на стуле. Мальчик обнял её за плечи и прижал к себе.

— У меня тоже нет мамы… и папы.

Ребёнок вдруг прижался к нему и заревел. Володя плакать не мешал, ласково поглаживая девочку по голове. Наконец она затихла, но отстраняться не стала — сидела, хлюпая носом. И то слава богу, мальчик опасался гораздо худшей реакции, а объяснить он ничего не мог.

— А ты кто? — вдруг спросила она.

— Прохожий, — только и смог ответить со своим знанием языка.

Девочка слабо улыбнулась, похоже, сам того не зная, он сказал что-то очень забавное.