Коллекция

Другое дело, что их решения не всегда совпадают с нашими. Я вот… хотела маленькую собачку, а зашла как-то в гости к знакомой… а у той как раз овчарка разродилась недавно. Вот Лорд меня и выбрал. Мелкий еще тогда был, толстый… за босоножек зубами уцепился и голосит, не выпускает. Так и не дал уйти. Пришлось сыну звонить, чтоб с деньгами приехал. Так-то."

"Кира взглянула в поблескивающие в полумраке глаза Лорда — глаза, скрывавшие в себе, казалось, все тайны мироздания, и вдруг отчего-то всплыл в памяти тот последний визит к покойной бабке, когда они вдрызг разругались. Тогда Кира уже уходила, как к ней вдруг подкатился угольно-черный щенок-подросток — поджарый, длинноногий, с только-только начавшими вставать острыми ушами — самую малость нечистокровный овчаренок. И явно ничей. Он не прыгал, не скулил, не выпрашивал еду, а просто сел перед ней и смотрел на нее, пока она нервно курила в ореховой рощице. Внимательно смотрел, будто ждал чего-то, о чем она сама должна была догадаться. Но Кира докурила сигарету и ушла, а он остался сидеть, и пару раз обернувшись, она видела его укоризненный провожающий взгляд, удивительно четко отпечатавшийся в памяти. Бедный щенок, неужели и его изловили и убили?! А может и нет, может он вырос и бродит себе где-то… Вот было бы забавно, если б это он шебаршился тогда под ее окном!

— Вы обожжетесь, — негромко произнес над ее ухом Вадим Иванович, и Кира недоуменно посмотрела на него, потом на свою руку и отбросила позабытую сигарету, уже дотлевшую до фильтра.

— А вы хорошо знали мою… бабушку?

— Практически нет, — голос «майора» сразу же ощутимо похолодел. Он поднял руку и потер висок. — Знал в лицо… знал, как зовут — и все.

— Мы мало с ней общались, — Софья Семеновна встала. — Видишь ли, твоя бабушка не жила здесь постоянно. Она часто сдавала квартиру, особенно летом.

Кира удивленно приподняла брови, потом вкрадчиво спросила:

— Если же вы мало с ней общались, то откуда же взялась неприязнь к ней таких размеров, что даже на нас со Стасом, ее внуков, смотрят, как на отпрысков Медузы-Горгоны?!

— Это уже давно не так, — мягко сказала Софья Семеновна. — А в первые дни это происходило больше по инерции, да и делали это только те из нас, кто насквозь суеверен. Остальным же было просто любопытно, не более того.

— Я правильно улавливаю? — Кира взглянула на Вадима Ивановича, который сидел, согнувшись и свесив руки между колен. Он пожал плечами и неопределенно покачал головой, потом отвернулся. Ей показалось, что «майор» теперь выглядит подавленным. Расспросы о Вере Леонидовне явно пришлись ему не по душе.

— Видишь ли, Кира, твоя бабушка вела… несколько странный образ жизни, — негромко произнесла пожилая женщина. — Ты можешь возразить, что странность — не порок, но дело не в этом.