Коллекция

О мертвых не принято говорить плохо, но твоя бабушка не была хорошим человеком. И дело не в том, что она была излишне склочной или излишне любопытной. Она слишком презирала людей и в то же время слишком ими интересовалась. Это очень плохое сочетание. И неудивительно, что остальные ее невзлюбили.

— Это слишком обтекаемое объяснение, — Кира холодно посмотрела на нее, машинально стягивая на груди куртку. — Честно говоря, это вообще не объяснение. Я хочу знать, что такого она сделала!

— Возможно, она ничего не сделала, — Софья Семеновна коротко вздохнула. — И это-то и плохо.

— Вы говорите непонятно!

— Иногда позволять совершаться чему-то плохому гораздо хуже, чем делать это самому, — глухо сказал Вадим Иванович, после чего содрогнулся всем телом, и у него вырвался хриплый вздох. Он схватился рукой за край скамейки, и Софья Семеновна с удивительным для ее лет проворством метнулась к нему и схватила за плечо.

— Вадик! Что?!

— Ничего, ничего, — пробормотал «майор», выпрямляясь. — Уже прошло. Бывает, прихватывает… верно, дождь завтра будет. Все в порядке.

Кира смотрела на него виновато и испуганно, и Вадим Иванович неожиданно похлопал ее по руке.

— Говорю же, все в порядке, так что нечего так таращить глаза! До свидания, Софья Семеновна.

Та кивнула и послушно пошла к подъезду. За ней неотступной тенью следовал Лорд, озиравшийся по сторонам, словно заправский телохранитель, и Кира, проводив их взглядом, подумала, что Софья Семеновна права — ей действительно некого бояться. Вадим Иванович начал медленно подниматься со скамейки, опираясь на трость, и Кира поспешно вскочила и подхватила его под руку, но «майор» тут же сердито высвободился.

— Что за глупости?! Прекратите сейчас же!

— Вы помогли мне, почему же я не могу помочь вам?! — пальцы Киры снова сжались на его руке, и на этот раз Вадим Иванович не стал ее выдергивать. — Я вас провожу.

— Еще не хватало!

— Вам только что было плохо, я же видела. Я хочу убедиться, что вы нормально дошли. Не думайте, что я это делаю ради вас — я делаю это исключительно ради собственного спокойствия. Не ломайтесь, Вадим Иваныч — я же не предлагаю донести вас на руках!

— А вот бы было здорово, наверное, — задумчиво пробормотал он и двинулся к своему дому. — Особенно посмотреть на это со стороны.

— Не обольщайтесь, — буркнула Кира, идя рядом и продолжая держать его под руку. Потом осторожно спросила:

— Вадим Иваныч, вы простите, но мне показалось, что мои расспросы… были вам очень неприятны. Моя бабка… она что-то вам сделала?"

"— Мне? — «майор» странно усмехнулся, и в этот момент Кира бы дорого дала, чтобы увидеть выражение его лица и особенно глаз. — Трудно сказать.