Коллекция

А теперь брысь отсюда — я хочу одеться, а ты меня смущаешь!

— Да ладно, я уже все равно увидела, что трусы у тебя зеленые…

Стас запустил в нее подушкой, и Кира, успев сделать напоследок насмешливый жест, метнулась прочь из гостиной.

Проходя через столовую, она вдруг остановилась, удивленно-горестно вздернув брови, в смятении всплеснув руками. Нарциссы, еще вчера вечером такие яркие и свежие, безжизненно обвисли в вазе, почти касаясь столешницы дряблыми сморщившимися лепестками, выглядя так, словно всю ночь простояли без воды. Но вода в вазе была — и вчера, и сейчас — всего несколько сантиметров не хватало до края. Кира подтянула вазу к себе и осторожно понюхала. Пахло водой и чуть-чуть зеленью.

— Стас! — крикнула она, поднимая вазу. — Ты ночью цветы из воды не вынимал?

— А зачем мне это надо?! — удивился Стас из гостиной.

— Ну… может случайно уронил и забыл…

— …потом вспомнил и засунул обратно? — Стас выглянул в столовую. — Нет. А что такое?

— Завяли! — недовольно сказала Кира, демонстрируя ему вазу с погибшими цветами. Стас пожал плечами.

— Странно… Может, вода плохая?

— Да вроде нормальная…

— Ну не знаю… — Стас еще раз пожал плечами и исчез. Кира удрученно ушла, унося с собой увядшие нарциссы.

Спустя десять минут Стас, умытый и посвежевший, плюхнулся на кухонный табурет, вожделенно глядя на весело шипящую на сковороде яичницу с колбасой. Закипающий чайник призывно погромыхивал желтой крышкой. Стас постучал ногтем по краю пустой тарелки, благодушно посмотрел на Киру, нарезающую хлеб, потом отодвинул занавеску и взглянул на утренний двор.

— Никого нет, — заметил он, — только вон, тетя Тоня бродит со своим чудовищем.

— Мне на это наплевать, — равнодушно отозвалась Кира, откладывая нож, и Стас похлопал ее по руке.

— Да ладно, подумаешь, цветы завяли. Я тебе другие куплю.

— Просто это странно, — она сняла сковородку с плиты. — И неприятно. Нехорошо, когда в первый же день в доме вянут цветы.

— Кир, ну значит такие цветы… Брось! — Стас нацелился вилкой в яичницу, дожидаясь, пока Кира поставит сковородку и сядет. — Как спалось?

— Отлично, — отозвалась Кира, почти не кривя душой — тень на стене почти позабылась, и она уже вполне допускала, что это могло быть всего лишь обрывком мимолетного сна. — Никто не вздыхал и не бряцал цепями, не бродили по комнате фигуры в белых саванах, я не слышала замогильного шепота, и ничьи ледяные пальцы не сжимали мое горло… Уж не знаю, к чему адресовались косые зловещие взгляды местных старух. Никакого полтергейста здесь нет… хотя говорят, что в Украине барабашки живут практически в каждой квартире.

— Ха, полтергейст! — Стас презрительно фыркнул, выковыривая вилкой из яичницы кругляшок зажаренной до хруста колбасы.