Коллекция

 — Звуки, которые издает здешняя сантехника, распугают любой полтергейст. Хотя, наверное, я бы предпочел парочку призраков, чем общую разваленность этой хаты! Одни полы чего стоят! А проводка! У-у-у!

— Ну, ничего. Если мы свяжем эту квартиру веревочками, то вполне сможем протянуть шесть месяцев, — бодро сказала Кира. — Интересно все же, к чему такие условия? Забавно, что указанный срок истекает аккурат в мой день рождения. Вот уж, подарочек!

— Как мы уже рассуждали, скорее всего, бабулька просто впала в маразм, вот и все.

— Тогда бы ей не позволили писать завещание.

— В любом случае, мне на это наплевать! — заявил Стас. — Так или иначе, по семнадцать тысяч на лицо — по-моему, очень неплохо для тех, у кого ничего нет. А если мы потом ее хорошенько освежим, то и больше выйдет. Я лично займусь ремонтом, а от тебя потребую множество мелких услуг, например, обед или, там, подача гвоздей и разведение клея.

— Дурацкие условия, — проворчала Кира, не желая оставлять эту тему. — Мы могли бы хотя бы поменять проводку. Очень глупо выключать холодильник, чтобы включить пылесос. Или сушить волосы феном в полной темноте.

— Ну, у тебя есть полный шкаф свечей, — насмешливо напомнил брат, и она раздраженно передернула плечами.

— Много я увижу при таком свете! Ладно, доедай, а я пойду собираться, — Кира встала. Стас потер щеку.

— Я успею побриться?

— Раза четыре, — Кира заглянула в щель между раковиной и стеной. — Мышки не видать.

— Вылезет. Ночью уж точно кто-то вылезал — стащил шоколад, который я забыл на столе… если только это не ты.

— Не я. Нет, точно придется завести кошку.

Стас возвел глаза к потолку, но на сей раз возражать не стал.

Когда они вышли на лестничную площадку, в подъезд торопливо вошла — почти вбежала Антонина. Казалось, все это время она тихонько стояла за дверью и караулила — слишком плохо укладывалась на ее лице безмятежная приветливость, слишком смятой была утренняя улыбка и слишком ярко блестело в глазах жадное любопытство. Буся, подхваченная под мышки и накрепко прижатая к хозяйской груди, заходилась задушенным истеричным лаем."

"— А, доброе утро! — воскликнула тетя Тоня, тяжело поднимаясь по ступенькам. Ее взгляд, словно суетливый зверек, метался с лиц Киры и Стаса на приоткрытую дверь квартиры и обратно, стараясь ничего не упустить. — Ну, как на новом месте спалось?

Кира хлопнула дверью с такой силой, что вздрогнул даже Стас, хотя внутренне уже был готов к этому.

— Здравствуйте, — бросила она, проскальзывая в узкую щель между стеной и массивным телом Антонины Павловны.

— Спалось неплохо, — сказал Стас, следуя ее примеру, — только знаете, эти цепи…

— Какие цепи? — моментально насторожилась тетя Тоня.

— Как какие — которые на призраках, — охотно пояснил Стас.