Комбатант

 — Теперь вы будете — Иван Савельевич Руссиянов из города Костромы, купеческого сословия. Данные эти я вносил собственноручно, и придумал их тоже сам. «Руссиянов» — тут моментально возникает перекличка со словом «Россия», «Иван» — ну конечно же, привычное для французов, типично русское имя… ну, а «Савельевич» — ради капельки «экзотик рюсс». Все продумано. Консульскую отметку я уже проставил, как мне и положено по… — он тонко улыбнулся, — видимым миру служебным обязанностям вице-консула. Собственно, любой приезжий иностранец должен еще в течение пятнадцати дней после прибытия объявить о себе в префектуре, но это правило существует исключительно на бумаге, никто и никогда его не выполняет, что французов нисколечко не заботит.

Да и сомневаюсь я, что вам придется торчать здесь две недели.

— Вашими молитвами… — усмехнулся Бестужев.

— Далее. Поразмыслив, я пришел к выводу, что вам не стоит связываться с отелями. Дорогие и респектабельные порой стесняют людей нашей с вами профессии…

— Да, пожалуй.

— Я знаю, как это бывает: приходится создавать себе некий образ и постоянно следить за его соблюдением, к тому же иные неизбежные встречи с определенными людьми могут привлечь внимание персонала… В общем, я устроил вам гарсоньерку — так французы именуют маленькую холостяцкую квартирку.

Она неплоха, в хорошем районе, достаточно близко от центра… Теперь — передвижения… Я позволил себе и тут решить за вас, практически с этого момента мы можете пользоваться «вуатюр де гран ремиз» — постоянный извозчик, нанятый на продолжительное время через компанию, оказывающую услуги именно такого рода.

— Ну что же, остается еще раз вас поблагодарить…

— Что вы, — с обаятельнейшей улыбкой сказал Гартунг, — я лишь стремлюсь в силу своих обязанностей максимально обеспечивать вас всем необходимым…

У Бестужева, говоря по совести, возникли подозрения, что дело тут отнюдь не в скрупулезном следовании служебным обязанностям.

Ручаться можно, что извозчик этот — человек Гартунга и будет прилежно докладывать о всех передвижениях Бестужева. Боже упаси, ничего странного или способного вызвать недоверие тут нет — прекрасно известно, что Аркадий Михайлович всегда желал быть предельно информированным, особенно когда речь идет о таком деле… Абсолютно все на этом свете Аркадий Михайлович стремится использовать в видах дальнейшей карьеры — но это ведь, господа, ничего криминального в себе не заключает, дело житейское…

— С французскими полицейскими агентами вы познакомитесь чуть позже, когда придет для этого время, — сказал Гартунг тоном начальника.

 — А вот с моим агентом, который будет вам сопутствовать, я вас познакомлю в самом скором времени, как только мы все обговорим.

— Француз?"

"— Русский.