Королевство плоти и огня
Предательство…Все, во что верила Поппи, оказалось ложью, в том числе мужчина, в которого она влюбилась. Она не знает, кем теперь является без вуали Девы. Знает только то, что для нее нет ничего опаснее, чем он. Темный. Принц Атлантии. Он хочет, чтобы она с ним сражалась, и этому приказу она рада подчиниться. Пусть он держит ее в плену, она никогда не будет ему принадлежать.Выбор…Кастил Да'Нир известен под многими именами и многими личинами. Его ложь так же соблазнительна, как его прикосновения. Его правда так же чувственна, как его укус. Поппи знает, что доверять ему нельзя. Она нужна ему живой и невредимой. Но и он – единственный, кто может помочь ей найти брата Йена и самой увидеть, стал ли он бездушным Вознесшимся. Только вот сотрудничать с Кастилом, а не бороться с ним тоже опасно. Он по-прежнему искушает ее с каждым дыханием, предлагая все, что она хочет. У Кастила на нее свои планы, которые могут либо дать ей невообразимое наслаждение, либо причинить непостижимую боль. Планы, которые заставят ее по-новому взглянуть на себя – и на него. Планы, которые могут связать их жизни, к чему не готовы оба королевства. И она чересчур безрассудна и слишком изголодалась, чтобы противостоять искушению.Темные времена порождают темные секреты, и погрязшие в грехе королевства пойдут на все, дабы скрыть правду. Но когда земля задрожит, а небеса разразятся кровавым дождем, может оказаться слишком поздно.
– Я тоже, – тихо отозвалась я, думая о Йене.
– Ты тоже? – переспросил Аластир. – Правда?
– Да. Я не знала, кто такие Вознесшиеся на самом деле. Как и большинство людей в королевстве Солис, я знала только то, что мне показывали.
– Значит, многие не видят того, что творится у них прямо перед носом, – заметил кто-то с дальнего конца стола – молодой человек с темно-каштановыми волосами.
– Многие живут в страхе перед тем, что их разорвут Жаждущие, и боятся вызвать недовольство Вознесшихся или прогневить богов, – ответила я.
Рука Кастила крепче обхватила мою талию, а ладонь мягко сжала бедро.
– Многих больше волнует то, как прокормить семьи и обеспечить безопасность близких, чем задаваться вопросами насчет того, что говорят им Вознесшиеся.
– Неужели они так заняты повседневными заботами, что даже не интересуются, почему никто не видит детей, которых отдают ко Двору или богам? – спросил Аластир. – Они настолько забитые?
– Я бы не стала путать забитость с занятостью и принимать смирение за глупость.
Аластир перевел на меня взгляд.
– Они знают об атлантианцах, богах и Жаждущих только то, что им говорят. Поколениями их учили верить в Ритуал и в то, какая это огромная честь для третьих сыновей и дочерей – служить богам. Их воспитывали в убеждении, что между ними и Жаждущими стоят только Вознесшиеся и боги. И меня воспитывали так же. – Я наклонилась вперед, немного удивляясь, что Кастил меня не остановил. – Наши боги – это боги атлантианцев, разве нет? Верит ли в них ваш народ, хотя никогда их не видел?
Стол погрузился в молчание.
Ответил Киеран:
– Боги спят сотни лет, и только самые старые из атлантианцев помнят, что их видели. Но мы все равно верим в них.
Я натянуто улыбнулась.
– Точно так же и народ Солиса верит в них.
– Но не все в Солисе поддерживают короля Джалару и королеву Илеану, – подчеркнул Аластир. – Многие видели правду и стали сторонникам Атлантии."
"– Вы правы. Это Последователи. – Я медленно выдохнула. – У меня всю жизнь были подозрения. Уверена, они есть у многих, но по каким-то причинам эти люди не полностью открыли глаза.
Аластир откинулся назад, не сводя с меня взгляда.
– Это восхитительно.
– Что?
– Твое абсолютное бесстрашие, когда ты говоришь со мной – с любым из нас, – зная, кто мы. И на что мы способны.
Я встретила его взгляд.

















