Корона из золотых костей
Она была жертвой, и она выжила…Поппи и не мечтала найти любовь, какую она обрела с принцем Кастилом. Она хочет наслаждаться счастьем, но сначала они должны освободить его брата и найти Йена. Это опасная миссия с далеко идущими последствиями, о которых они и помыслить не могут. Ибо Поппи – Избранная, Благословленная. Истинная правительница Атлантии. В ней течет кровь короля богов. Корона и королевство по праву принадлежат ей.Враг и воин…Поппи всегда хотела только одного: управлять собственной жизнью, а не жизнями других. Но теперь она должна выбирать: отринуть то, что принадлежит ей по праву рождения, или принять позолоченную корону и стать королевой Плоти и Огня. Однако темные истории и кровавые секреты обоих королевств наконец выходят на свет, а давно забытая сила восстает и становится реальной угрозой. Враги не остановятся ни перед чем, чтобы корона никогда не оказалась на голове Поппи.Возлюбленный и сердечная пара…Но величайшая угроза ждет далеко на западе, там, где королева Крови и Пепла строит планы, сотни лет ожидая возможности, чтобы их воплотить. Поппи и Кастил должны совершить невозможное – отправиться в Страну богов и разбудить самого короля. По мере того, как раскрываются шокирующие тайны, выходят на свет жестокие предательства и появляются враги, угрожающие уничтожить все, за что боролись Поппи и Кастил, им предстоит узнать, как далеко они могут зайти ради своего народа – и ради друг друга.И теперь она станет королевой…
Мы вообще ни о чем не говорили, но я много думала – о том, что сказала Избет, и даже о том, что утверждала герцогиня в Пределе Спессы, а также что мне поведала прислужница.
Хотя я отказала Избет, она полагала, что все встало на свои места. У нее в плену принц, а теперь еще и король Атлантии. Она нашла способ управлять мной и, как она считала, – управлять Атлантией. Как и заявляла герцогиня Тирман, я преуспела там, где королева потерпела неудачу.
Но они ошиблись."
"Я опустила взгляд на свои руки – на брачный отпечаток. «Сила всегда с тобой». Об этом я тоже думала. Теперь вспомнила, где впервые это услышала. От серебристой блондинки, когда я была близка к смерти. Вот что она сказала мне тогда.
«Сила всегда с тобой».
И это же сказал Никтос. В глубине души гадала, не была ли та женщина его супругой. И не потянулась ли она ко мне во сне, чтобы предостеречь или помочь. Это было бы логично.
Я же ее внучка. Если она та, кем я ее считала.
Я вжала ногти в ладони. В центре груди гудела сила – итер короля богов. Сила, достаточно могущественная, чтобы уничтожить то, чем себя считает Избет. Но я не была готова. Я не сражалась как бог, потому что не считала себя богом.
Но Кастил был в этом уверен, разве нет? В самом ли деле он верил, что я божество?
Я резко выдохнула.
– Она была права.
Вонетта взглянула на меня.
– Кто?
– Королева. Я – бог.
Вонетта подняла брови, переводя взгляд на Эмиля с Нейллом.
– Э…
– Нет. Погоди. – Киеран встал, и в нем мелькнуло понимание. – Если она сказала правду и Малек – сын Никтоса и его супруги, а ты их внучка, – то ты бог.
Он высказал именно то, о чем я только что подумала.
Делано медленно кивнул.
– И не имеет значения, кто такая Илеана – Избет. Ты внучка Никтоса – Первозданного бога. Вот почему твоя кровная линия такая мощная. Ты бог, а не божество.
– Ни хрена себе! – пробормотал Эмиль, отпивая прежде, чем Вонетта отобрала у него фляжку.
– Вот что имел в виду Никтос, – сказала я, сглотнув. – Мне вовсе не нужно его позволение.
– На что? – уточнил Нейлл.
– Чтобы привлечь его стражей. – Теперь я поняла, что имела в виду прислужница, говоря об огне богов. – Чтобы призвать дракенов.
Глава 48
Я шла по коридорам Эваемонского дворца в перепачканных дорожной пылью и кровью штанах и тунике. В сопровождении Киерана и его сестры – оба были все еще в вольвенском облике – я направлялась в залитый солнцем атриум в центре дворца. Нейлл и Хиса следовали за мной, держа руки на мечах. Делано остался с Тони в одной из комнат над моими покоями. К ней позвали целителей и Старейших.
Стражи короны кланялись, когда мы проходили мимо. Каблуки моих сапог клацали по плиточному полу так же резко, как и когти вольвенов.
Вонетта казалась огромным клубком тревоги.













