Корона из золотых костей

Вдохнув, я произнесла:

– Я могу выходить на солнце – на самом деле мы ехали сюда весь день. Я не холодная на ощупь, и у меня есть эмоции. И я не чувствую потребности разорвать кому-нибудь горло.

Кастил перевел на меня взгляд, и я ощутила легкую иронию.

– Что такое? – прошептала я. – Мне показалось, что это необходимо отметить.

– Я ничего не сказал.

Я прищурилась, взглянув на него, и опять переключила внимание на его отца.

– Я пытаюсь сказать, что я не вампир.

Грудь короля Валина поднялась в глубоком вдохе, и я ощутила, как его потрясение с каждой секундой отступает, становится слабее.

Но я не верила, что он так быстро справился с удивлением. Он убрал эмоции подальше, спрятал там, куда мне нелегко было добраться – сделал то же, что делал его сын, когда не хотел, чтобы я читала его эмоции. В центре моей груди гудела энергия, и мне хотелось расшатать возведенные им стены, найти слабые места, разломать, открыть…

Нет.

Я этого не хотела.

По многим причинам, а точнее потому, что это было бы грубым насилием. Если кто-то закрывался от меня, он имел на это полное право. Это была единственная причина, которая имела значение, но я сомневалась, что смогла бы сделать что-то подобное.

Отец Кастила прочистил горло, привлекая к себе мое внимание.

– Кастил, не могу поверить, что ты это сделал. – Он отступил назад и уселся на скамью, вытянув ногу. Я больше не пыталась его прочесть. – Ты знал, что могло произойти.

– Я точно знал, что могло произойти, – ответил Кастил. – Я знал риски и сделал бы это снова, даже если бы она вознеслась.

Мое сердце радостно дрогнуло, но отец Кастила не выглядел впечатленным.

– Ты знаешь, к чему подобный поступок привел для нашего королевства, нашего народа, и пожелал рискнуть?

– Если тебя потрясает то, что я сделал, то ты должен понять: ради моей жены я пойду на все и сделаю что угодно.

 – Взгляд Кастила был прикован к отцу. – Для меня нет слишком большого риска и жертвы. Потому что она для меня – всё. Нет ничего важнее нее, а я не значу ничего.

Я разомкнула губы и уставилась на Кастила. В горле поднимался маленький спутанный клубок эмоций.

– Я в этом не сомневаюсь, сын. Я был с тобой, когда ты очнулся и понял, что она пропала. Никогда раньше тебя таким не видел.

Никогда этого не забуду.

Я повернула к нему голову. Уже второй человек говорит об этом."

"– Я даже могу понять твое желание ее защищать. Боги, я это хорошо понимаю. – Он провел рукой по лицу, остановившись на бороде. – Но как король я не могу одобрить то, что ты сделал.

Рука Кастила выскользнула из моей, несколько вольвенов посмотрели на короля. В принце бурлил холодный, пугающий гнев – тот вид ярости, которая, насколько знала, была одной из причин, почему он получил прозвище Темный.