Красавица
1872 год. Семнадцатилетняя Селина сбегает из Парижа и отправляется в Америку. Она находит приют в женском монастыре Нового Орлеана. Поиски работы приводят ее в заведение «Львиные чертоги», которым владеет загадочный юноша Себастьян.Селине кажется, что все испытания остались в прошлом. Но накануне ежегодного карнавала город взбудоражен жестокими убийствами. Когда в «Львиных чертогах» находят тело девушки из монастыря, подозрения падают на Селину.Теперь ей нужно раскрыть мрачные тайны Нового Орлеана, чтобы спасти свою жизнь.
– Пиппа, – позвала Селина спокойно, невзирая на страх, пробуждающийся под ее кожей. – Иди найди мать-настоятельницу.
– Я не оставлю тебя одну. Что, если… – слова Пиппы оборвались, застряв у нее в горле. Большущая тень тянулась от пола кельи к потолку, двигаясь слишком быстро, чтобы можно было ее разглядеть.
– Кто здесь? – крикнула Селина, сердце застучало у нее в груди.
Пиппа за спиной поспешно начала зажигать длинную спичку, но коробок упал к ее ногам, и спички рассыпались по полу.
– Иди! – повторила Селина. Однако Пиппа упрямо отказывалась уходить.
Существо зависло в воздухе, стрекоча и скрипя зубами, заставив Селину отпрянуть и задрожать. На полу под ее распахнутым окном стонало другое существо, звук походил на слабый стон. Как будто это второе существо готово было вот-вот умереть.
Селине потребовалось всего мгновение, чтобы все понять. Демон в тени напал на кого-то в келье. Она бросилась на помощь изувеченному созданию под окном, но поскользнулась на чем-то мокром, и ее правая нога подвернулась. Схватившись за стену, чтобы не упасть, Селина подняла глаза к хриплому гоготанью, раздающемуся сверху.
"Паника побежала по ее венам, Селина пыталась встать, но колени предательски подгибались. Пиппа закричала и отпрянула назад.
– Убирайся отсюда! – потребовала Селина у черноты над своей головой, ее рука, сжимающая ножницы, дрожала.
Существо метнулось с потолка на пол, точно буря на пшеничном поле. Затем медленно выпрямилось, его длинная фигура распрямилась в слабом свете убывающей луны. Прежде чем Селина успела моргнуть, оно бросилось на нее, схватив за руку и швырнув в твердую заштукатуренную стену.
– Каждый раз, когда ты меня избегаешь, я начинаю желать тебя только больше, – прошептало оно, голос походил на скрежет металла по камню. – Тебе не сбежать. Ты моя. – Затем оно провело своими окровавленными пальцами по ее лицу, точно помечая ее.
Испуганный крик застрял у Селины в глотке. Она обмякла, боясь моргнуть, пытаясь разглядеть хоть что-нибудь.
– Смерть ведет в другой сад. Добро пожаловать на битву при Карфагене, – прошипело существо в ухо Селины, слова походили на скрип ржавого металла, с каким-то странным акцентом. – Всего превыше: верен будь себе[117].
Селина ударила его ножницами в грудь.

















