Красавица и Ректор: расколдовать любой ценой

— Он никогда не принимает участие в экзаменах, хотя за каждым наблюдает и может припомнить адепту его вступительные испытания даже во время выпускных. А я его увидела, краем глаза, за колонной. Хотя он обычно никогда не показывается. Как думаешь, это что-то значит? Может, я талантливая? А вдруг я ему понравилась?

От последнего предположения я фыркнула.

— А как это связано?

— Ну а вдруг? — с непробиваемой логикой спросила Ирма, а потом спохватилась: — Что я все о себе? Расскажи, как твои экзамены? Как ты стихийную магию сдавала?

Щеки залила краска, и я понадеялась только на то, что Ирма в скудном свете нескольких свечей этого не заметит.

Стихийную магию я сдавала с трудом. Предназначение этого экзамена состояло в том, чтобы оценить уровень одаренности адепта и его умение владеть собой"

"Магией называли способность контролировать четыре основных элемента, из которых состоит мир: воду, воздух, огонь и землю. Уровень способностей у каждого мага был разным, разными были и склонности к взаимодействию с тем или иным элементом.

Экзамен по стихийной магии должен был выявить то, насколько одарен будущий адепт. Это испытание было самым сложным и самым важным, потому что именно здесь становилось понятно, чего каждый маг стоит, насколько он умеет быть собранным и расслабленным одновременно, сколькими элементами умеет управлять.

На этом экзамене не требовалось ничего, кроме одного: каждый должен был выдать максимум из того, на что он способен.

Все остальные вступительные испытания я прошла легко: читать и писать я научилась в нашей деревенской школе, как и другие ребятишки, основы древнего языка я тоже знала: уговорила писаря меня научить, потому что на древнем языке были написаны все три имеющиеся в деревне книги. Выдавать небольшие чудеса с помощью контролируемой магии я тоже умела: приемной комиссии оказалось достаточно того, что я наполнила водой пустой стакан.

А вот со стихийной магией дела не складывались.

[1] Птицы летят на берег — к шторму.

Глава 3

Я стояла во внутреннем дворе академии. Он был квадратным и просторным, размером с половину моей деревни. С четырех сторон двор окружали стены академии, я стояла лицом к той, первый этаж которой занимала открытая галерея, украшенная колоннами. Каменные стены увивало зеленое растение с белыми и голубыми цветами — оттенки герба академии. Тяжелое небо висело низко, вот-вот грозил пойти дождь. Приемная комиссия, состоящая из трех профессоров, вежливо покашливала в кулаки и ерзала в ожидании чудес от меня.

Я смотрела себе под ноги, на выложенную желтым камнем дорожку, и пыталась выжать из себя хотя бы каплю магии. Ничего не выходило.

— Мисс, — произнесла профессор Хейдар спустя десять минут моих напряженных усилий. — Давайте начистоту.