Криминальная принцесса

Куприянова – баба ушлая. Ее голыми руками не возьмешь. Она из любой ситуации выкрутится, выскользнет, как змея. Наплетет ментам чего-нибудь, они и отстанут.

– Не-ет, Ларик, ты не понимаешь. Куприянова не станет молчать. Она… сразу всех сдаст. Если уже не сдала, – упадническим тоном произнес Чередниченко.

– Вот опять ты за свое! – с досадой воскликнул Прихожденков. – Ну, предположим, что сдаст. Но это только в том случае, если ее арестуют. А ее, как ты сам говоришь, только задержали. Улавливаешь разницу?

– Нет, Ларик, не улавливаю, – растерянно произнес Чередниченко.

– Что-то ты поглупел, Саша, ты уж извини. Ну, вот какого лешего ты решил, что Куприянова уже сидит за решеткой? Ты прям в этом уверен на все сто? – спросил Илларион.

– Голова просто кругом идет, не знаю… Предчувствие какое-то… нехорошее. Слушай, Ларик, дай мне слово, что защитишь меня! Спасешь! Я не намерен гнить в тюрьме!

– Да перестань ты голосить! – прикрикнул Прихожденков.

С минуту они оба молчали. Потом заговорил Илларион:

– Да, если менты посадят Куприянову, то это… это полная жопа, Саша!

– О господи! – снова воскликнул Чередниченко. – Ты просто убиваешь меня, Ларик, без ножа режешь! Я не ожидал такого финала, совсем не ожидал. Я уже не рад, что мы начали всем этим заниматься… Ты должен дать мне слово, что спасешь меня, Ларик. Мне больше не на кого положиться. Так ты обещаешь мне, Ларик?

– Да остановись ты! Зарядил, как пулемет! Подожди…

Прошло какое-то время, и Прихожденков снова заговорил, но уже не с Чередниченко. Насколько я поняла, Илларион кому-то звонил.

– Да… Алло, алло… Кто это говорит? Да…

– Ну, что, Ларик? Ты звонил Куприяновой, да? – снова затормошил его Чередниченко. – Ну, что ты узнал? Говори же поскорей!

– Твое предположение оказалось верным, у Куприяновой в квартире полиция, – мрачным тоном сообщил Прихожденков.

– Ну, вот! Ну, вот! Я оказался прав! Что же теперь с нами будет, а, Ларик? Что теперь делать?

Похоже, заместитель начальника Управления культуры окончательно запаниковал.

– Что делать, что делать, – со злостью произнес Илларион. – Откуда я знаю, что делать?

– Как это откуда? Ты же затеял все это! Ты всем этим руководил! Ты должен был все предусмотреть, все предугадать. Я не верю, что ты не знаешь, что делать в сложившейся ситуации! У тебя определенно имеется какой-то план! Ну скажи, что ты уже придумал, как нам выкрутиться, ну скажи!

Прихожденков ничего не ответил.

– Ну почему ты молчишь, Ларик? – не отставал от него Чередниченко. – Что же нам теперь делать? Что можно предпринять?

– Я как раз сейчас думаю над этим. А ты отвлекаешь меня своим причитанием, – раздраженно заметил Прихожденков."

"– Ну извини, Ларик. Больше я не стану тебя отвлекать. Только… не оставляй меня, Ларик! Защити меня.