Крым

Весть о том, что командир совсем скоро будет отцом, распространилась по всем местам постоя егерей с огромной скоростью.

Женские крики и стоны в избе чуть стихли, и Лешка вдруг услышал новый, тонкий, писклявый детский голосок.

– Мальчонка, да точно говорю вам, что мальчонка, – препирались за спиной у Лешки егеря. – Вишь, вона как он, ажно с баском, по-мужицки эдак орет! Верно вам говорю, хенералом парень будет!

Дверь избы распахнулась, и бабка Сидора поманила Алексея.

– А ну-ка, давай заходь, батько! Син у тебе народився. Радуйся!

Лешка не чувствуя ног бросился в избу, а за его спиной Степан влепил подзатыльник Федотке.

– Живот круглый и высокий – девка будет! Балда! А ну-ка, дай сюды ружжо, сейчас салютовать будем!

На руках у Алексея, завернутый в чистую простынку, шевелился маленький человечек – его сын!

– Сын у меня, сын!

Лешка просто не верил, что вот это все сейчас происходит с ним реально. Уже пусть даже в одном этом и есть смысл во всей его жизни!

«Бам!» – хлопнул на улице первый ружейный выстрел. «Бам! Бам! Бам!» – раздалось еще три поблизости, а потом стрельба распространилась и по всей станице сплошной канонадой.

«Бабах!» – вдруг ударило орудие на главном форте. «Бабах!» – вторило ему другое, а потом и третье.

– Похоже, и правда воин родился, под огненный грохот салюта, как Илья-громовержец, сей младенец в наш грешный мир входит, – усталый дядька Михайло с улыбкой глядел на счастливого отца.

– А ведь и правда – Илья, Ильюша! – радостно и по-детски широко улыбнулся Алексей. – Егоров Илья Алексеевич, звучит! Катаринка! – Лешка попробовал было заскочить в боковую светелку к жене.

– Все хорошо, Алексинька, – донеслось тихо из-за занавески.

У Алексея сноровисто и решительно забрали малыша, а его самого вытолкали на улицу.

– Рано, слабая она пока. Крови много потеряла при родах. Нельзя к ней сейчас.

– Все хорошо, ты не волнуйся, Алексей, – успокаивал его Михайло. – Это я тебе как врач говорю. Подожди немного, хотя бы до вечера, а потом мы и сами уже из вашей избы уйдем. Пусть пока отдыхает мать.

Лешка вышел за дверь. Вся улица вокруг была заполнена людьми в мундирах.

– Как моего племянника назовете, командир? Живан с другими ротными офицерами толклись прямо возле крыльца избы.

– Илья! Ильюха! – радостно улыбнулся Егоров."

"– Илья! Илья! Илья! – словно волной покатилось по заполненной солдатами улице. – Ура отцу-командиру! Ура-а! Ура-а! Ура-а! – гремело со всех сторон.

– Спасибо, братцы! – Алексей почувствовал, как у него сжимается ком в горле от волнения. Спасибо!

Глава 9. Кулачный бой

Рождество 1778 года и «зимние святки» справляли, как обычно, шумно и весело.