Дочь регента

для меня все равно что собственная дочь! Я ухаживаю за ней с младенчества. Наши сердца будут разбиты, если нас разлучат.

— Насколько мне известно, забрать девочку хочет ее тетя Уолдергрейв.

— Но зачем? — воскликнула Мария. — Если она любит малышку, то должна желать ей счастья, а Минни счастлива, живя у меня.

— Мэри считает вас своей матерью, — с мудрым видом — ни дать ни взять Соломон — изрекла леди Хертфорд. — Да, вы правы, отбирать ее у вас нехорошо.

Мария обрадовалась: судя по всему, леди Хертфорд была на ее стороне.

— Так вы говорите, принц будет недоволен, если они выиграют дело?

— Думаю, он никогда им этого не простит.

Он обожает Минни... а она его. Если б вы только видели, как она садится ему на колени и рассматривает его камзол! Она прозвала его Принни. О, Изабелла, стоит только посмотреть на них, когда они вдвоем! Я уверена, он будет в отчаянии, если Минни у нас отберут... принц ведь печется не только о моем, но и о ее благе.

Леди Хертфорд задумалась. Принц поддерживал вигов. М-да, если его удастся перетянуть на сторону тори, это будет великая победа! Старый король нездоров. Ходят даже слухи, будто он частенько заговаривается.

Его уже один раз хватил удар, и дело чуть было не дошло до назначения регента. Сегодняшний принц вполне может стать завтра королем.

Она сказала:

— Пожалуй, Мария, мне стоит поговорить об этом с мужем. В конце концов, он глава семьи, и если уж кому-то решать судьбу ребенка, так ему... а не каким-то там адвокатам.

— О, Изабелла! Вы читаете мои мысли.

— Да, я могу поговорить с ним.

— Я вам буду вечно благодарна... и принц тоже.

— Предоставьте это дело мне, Мария. Я постараюсь помочь вам. Ну, а теперь не хотите ли выпить чаю?

***

Леди Хертфорд, не теряя времени, рассказала мужу о визите Марии.

Френсис Сеймур, второй маркиз Хертфорд, имел большие политические амбиции. Он провел в Палате общин лет сорок и был казначеем в правительстве лорда Норта. Когда отец Френсиса получил титул маркиза Хертфорда, Френсис стал графом Ярмутом и занял место отца в Палате лордов.

Изабелла была его второй супругой; она имела свой собственный капитал, и муж всегда прислушивался к ее мнению. Вот и сейчас он внимательно выслушал рассказ жены.

Изабелла сложила на коленях свои прекрасные руки и довольно чопорно произнесла:

— Эта крошка явно должна остаться с Марией Фитцгерберт.

Отнимать ее у Марии жестоко. Девочка счастлива там. И потом принц будет недоволен.

— И все же, — возразил лорд Хертфорд, — лучше вернуть девочку в нашу семью. Она же не одна на свете!

— Мой дорогой Френсис, миссис Фитцгерберт прекрасно заботилась все эти годы о Мэри. Если девочку сейчас отобрать, это причинит крошке страшную боль, я уверена. Кроме того, думаю, принц никогда не простит Генри за то, что он был так настойчив.