Ларк-Райз

Быть может, в те годы она и ее коллеги по всей стране поднимали целину именно для того, чтобы те, кто придет им на смену, могли, вооружившись знанием детской психологии, традициями и обретенным опытом, взращивать семена добра."

"Мисс Холмс редко наказывала тростью девочек и еще реже самых младших. Их ставили в угол с закинутыми за голову руками. Она угощала их мелкими лакомствами и подбадривала, и, хотя дети за глаза называли ее Сьюзи, они по-настоящему любили и уважали ее. Много раз раздавался стук в дверь, и в класс заглядывали приехавшая в отпуск нарядная девушка или отпущенный в увольнение высокий молодой солдат в алом мундире и маленькой круглой шапочке, пожелавшие «навестить Наставницу».

То, что Лора к началу школы уже умела читать, учительница так и не выяснила.

– Ты знаешь буквы? – спросила ее мисс Холмс в первый же день. – Ну-ка, давай, скажи: А, Б, В…

– А, Б, В… – начала Лора, но, дойдя до «Д», запнулась, потому что никогда не учила алфавит по порядку. Поэтому ее зачислили в класс «малышей», и она принялась вместе со всеми декламировать алфавит от первой до последней буквы. Поочередно они декламировали его задом наперед, и вскоре Лора выучила этот вариант наизусть, потому что он оказался рифмованным.

Дети часами, как заведенные, твердили алфавит, будучи предоставлены сами себе. У учительницы, занимавшейся со всеми классами сразу, не было времени учить малышей, хотя она всегда улыбалась им, проходя мимо, и при любой заминке или прекращении декламации немедленно приближалась к ним. Даже ее помощницы обычно бывали заняты тем, что диктовали старшим детям, проверяли таблицу умножения или повторяли правописание; но во второй половине дня одна из старших девочек, обычно та, что хуже всех шила (в последующие годы это всегда бывала Лора), оставляла свой класс, подходила к настенному алфавиту и по очереди указывала на каждую букву и называла ее, а малыши повторяли за ней. Впоследствии она же учила их писать на грифельных досках палочки и крючки, а затем буквы, и это, как казалось Лоре, тянулось годами, но в действительности, вероятно, продолжалось всего один год.

В конце года малышей экзаменовали; тех, кто знал и умел писать буквы, официально переводили в «подготовительный класс». Лора, которая к тому времени уже читала дома «Старый собор Святого Павла» Эйнсворта, без труда выдержала экзамен; однако похвалы не удостоилась: ей сказали, что она «протараторила» свои буквы, да и почерк у нее определенно плохой.

Настоящие трудности начались, когда девочка добралась до первого класса.