Леди травница

– Студентус Ревьен! – гаркнул он. – Что с вами случилось? Вы в порядке? Как себя чувствуете?

Толпа возбужденно галдела, но практически все звуки стихли, стоило мне только заговорить. Еще бы – такая история! Никто не желал упустить ни единой детали, чтобы потом посмаковать их в кругу единомышленников.

– Прошу прощения, магистр. У меня сработал артефакт, который в случае смертельной опасности переносит владельца, э-э-э… куда-нибудь. Я очнулась в глубине парка, пока осознала, что случилось, пока пришла в себя и поняла, в какую сторону следует идти… И тут вы меня нашли.

– Те двое, что не могли в руках удержать оружие, уже наказаны. Ты точно не ранена, проводить тебя к целителям? – магистр цепким взглядом осматривал меня, при этом старательно избегая образовавшегося декольте.

– Спасибо, я в порядке. Разрешите, я пойду в комнату?

Посетить целительский корпус все же пришлось. Магистр Смур наотрез отказался отпускать меня, пока не удостоверился, что никакого ущерба здоровью, кроме нервного, я не получила. А после осмотра лично проводил меня до дверей комнаты. Девчонки тут же принялись ставить чайник и кормить меня сладостями, чтобы как можно скорее снять стресс, а я от такой неподдельной заботы расплакалась.

Все же в замкнутом мирке университета очень не хватало близких людей. И посланные судьбой соседки вскоре сделались таковыми.

– Ну, ты чего, Мари? – гладила меня по волосам Элика. – Ведь все обошлось, страшное уже позади.

Я всхлипывала и кивала – не говорить же, что страшное прямо сейчас творится в моем сердце, и день, когда оно останется позади, вряд ли наступит в скором времени.

– Испугалась, да? – сочувственно интересовалась Рамира.

– Это же надо быть такими болванами! – зло проговорила Силия. – И поделом, что их оставили на второй год, я бы вообще отчислила. Маги не должны нести опасности окружающим.

Именно в этот момент к нам в комнату заглянули Ирвин с Эдриком. Серые и карие глаза светились беспокойством, и со стороны принцы смотрелись словно закадычные друзья, коими никогда в жизни не являлись. Они по очереди обняли меня, Ирвин поцеловал в макушку, а Эдрик отвесил шуточку о том, что невест совсем не так целуют, и даже любезно предложить показать, как именно надо это делать.

– А покажи на Рамире? – подмигнула я подруге. Та приосанилась:

– А что, если ради счастья Мари, то я, так и быть, могу потерпеть.

В комнате раздался общий смех, и будто бы стало легче дышать. Тиски, сдавливающие сердце, чуть отпустили, и я подумала, что с хорошими друзьями жить можно и без любви, которая на поверку оказалась сплошь красивыми, но пустыми обещаниями. В тот день на дополнительные занятия я не пошла, но уже со следующего спуску себе не давала.

Дни покатились один за другим.