Леди травница

– Ему это не нужно, но ничего с собой поделать я не могу, – я криво улыбнулась и почувствовала, как по щеке побежала слеза. Это случалось каждый раз, стоило мне только подумать о собственной несуразности. Столько времени прошло, а сердце болит так же, как и в первый день. Как жаль, что от безответной любви не помогает магия и не существует никакого противоядия, за ним я бы отправилась не то что в горы, а на другой конец света.

– Тогда я тем более не понимаю, зачем тебе оставаться? Все, кто могли, уже уехали.

– Потому что здесь я могу быть полезной. Я заряжаю больше целительских артефактов, чем вся моя группа, и в случае чего смогу быстро добраться до брата порталом и помочь ему.

Во Фливалии я буду медленно сходить с ума от бездействия и чувствовать себя обузой.

– Тебя не уговорить, да? – печально хмыкнул принц. Я отрицательно мотнула головой. – Тогда могу я хотя бы попросить тебя не разрывать помолвку и оставаться моей невестой до конца войны?

– А если ты встретишь девушку? Лучше, чем я? – тихо спросила я.

– Это вряд ли, – Ирвин снисходительно улыбнулся, будто я сказала несусветную глупость. – Но если такое вдруг случится, ты всегда сможешь дать мне от ворот поворот.

– Только если попросишь, – улыбнулась я в ответ.

– Береги себя, – Ирвин поднялся и обнял меня, крепко прижав к себе.

– Я… я… – хотела я что-то сказать в ответ, но нужных слов так и не нашла. Все, что пришли на ум, казались или слишком вычурными, или слишком простыми, недостаточными. Вместо этого позорно расплакалась и намочила сюртук принца.

Ирвин уехал на следующее утро, увозя с собой частичку моего сердца и оставив жить с мыслью «а что, если бы я никогда не влюблялась в лорд-канцлера?» Оставшиеся в университете Силия и Рамира отказывались понимать причины моего нежелания поехать вместе с женихом, но объясняться с ними сил не было.

Я не могла простить себе того, что стала убийцей света серых глаз, но и дать им что-то в ответ просто не была способна. Невозможно черпать из опустевшего колодца.

На новый год были танцы. Оставшиеся несколько сотен студентусов не смогли заполнить украшенный колючими ветвями актовый зал, отчего в скудно освещенном, не протопленном как следует помещении витала атмосфера запустения.

Мы все же нарядились и старались отдать дань празднику, вопреки упадочному настроению. Говорили ободряющие тосты, сдабривая их неискренними улыбками, но было ясно видно, как все боялись поражения, а в скорую победу не верил никто."

"И, тем не менее, мы танцевали! Кружились по залу пышные юбки, отражались в начищенных зеркалах парадные костюмы кавалеров, велись интимные разговоры и расточались комплименты. Молодость хотела просто жить! Брала свое, невзирая на обстоятельства, страх и упадок духа.