Единица безумия

Разгоряченный мозг успокоился, и теперь настучать на Погодина в прокуратуру не казалось такой уж блестящей идеей. Желание потрепать ему нервы могло обернуться еще большей нервотрепкой самой себе.

Может, повезет, и Леднёв потеряет заявление?

С другой стороны, Андрюша сам виноват – достал до печенок.

Опасения Женьки вскоре оправдались. Настойчивый звонок резанул по нервам, а следом и рев Погодина, когда старая кочерыжка отперла ему дверь.

– Где она?! Женя где?!

Женька подскочила к своей двери и быстро накинула на нее цепочку.

– Слышь, фраерок, ты че тут бушуешь? – подал голос Кувалда, но тут же утих, судя по грохоту, погребенный под ведром квашеной капусты, которое стояло в углу на табуретке.

Андрей ломанулся в закрытую дверь, подергал ручку и громко затарабанил.

– Женя!

Женька заметалась по комнатушке – хоть в окно прыгай. Пятый этаж. Выжить вряд ли удастся. Хотя не исключено, что после визита Погодина ее ждет та же участь.

– Я вызову полицию, – предупредила она.

– Открывай!

– Не открою!

– Не вопрос. Сам открою, – глухо сказал он, и Женька еле успела отскочить.

Хлипенький дверной косяк не выдержал напора.

Секунда – и Погодин в комнате. Тяжело дышащий, буквально кипящий от злости.

– Привет, Дольчегабана.

– Андрюша, – выдохнула Женя, в страхе забившись в узкое пространство между столиком и кроватью.

– Кто не спрятался, я не виноват, – ехидно хмыкнул он и приставил пистолет к ее виску.

Женя похолодела и сглотнула тугой комок.

– А… Андрюша, у тебя пистолет?

– Конечно. Я же пришел тебя убивать. Угрожать и преследовать больше не буду. Знал бы, что доставишь мне столько проблем, еще на стройке в бетон бы закатал.

– Я… Я… Я не хотела… – заикалась, не зная, что сказать и что сделать.

Как уговорить Погодина убрать эту страшную штуковину от своей головы.

Она стояла перед ним в шортах и домашней майке, в руках у нее не было ничего, чем можно защититься. Схватив со стола маленькую сковородку, Женя ударила его по голове и крепко зажмурилась, почему-то думая, что услышит стук падающего тела, но услышала лишь забористый мат."

"– Дольчегабана, если бы я хотел тебя убить, ты была бы уже мертва. Раз шесть. Не меньше. – Он забрал из ее рук тефлоновое оружие и вернул на стол. – А вот ты, если хочешь кого-нибудь убить, действуй более решительно.

Вилку, что ли, в горло воткни… ножом полосни. Такой сковородкой даже таракана не убьешь.

– С-с-спасибо за совет, – голос у нее сбивался на каждом слове. – Н-н-нормальная у меня сковорода, это у тебя голова крепкая.

– Лед.

– Что? – промямлила она, в душе все же радуясь, что Погодин не свалился замертво.

– Лед принеси! – рявкнул он, держась за голову.

Женька подпрыгнула от его рыка, отлепилась от стены и пошла на кухню. Открыв морозильник, вспомнила, что льда у нее нет.