Лекарь для захватчика

Сколько пройдет времени, пока Эрт вернется с помощью?

– Я сам, – говорит Уилберг.

Чертов гордец.

Он касается моей руки. Я чувствую, что его пальцы влажные и липкие от густой, почти бурой крови.

– Не плачь, принцесса, – раздается его голос. – Не делай этого.

Отворачиваю лицо, потому что именно после этого плачу горько, ощущая безумную боль. Сердце раскалывается на части.

К Рэю подводят коня.

Я молча разрываю подол на лоскуты и туго бинтую ладонь императора, снимаю с него дублет, перетягиваю плечо поверх рубашки, а затем оглядываю рану на боку – прикусываю изнутри щеку, ощущая металлический привкус.

– Пожалуйста, потерпи, – шепчу.

Прижимаю к ране свернутую в несколько раз ткань, а затем перетягиваю стан Уилберга.

Он взбирается в седло – бледный, будто потерявший свою жизненную энергию.

Денвер сопровождает его, держась рядом, готовый в любую секунду подстраховать, подхватить, если его величество потеряет сознание. Я тоже вскакиваю на лошадь, и мы скачем в сторону лагеря.

Один раз останавливаемся, потому что Денвер подхватывает Реигана, когда тот едва не выпадает из седла.

– В порядке, – говорит император, криво усмехаясь и похлопывая Гийома по плечу.

– Поехали.

– Рэй… – обеспокоенно начинает тот.

– Исполнять.

– Да, мой император.

И мы снова несемся в лагерь, а сердце у меня отчаянно бьется в груди.

«Ничего не сделать, – пульсирует в голове. – Проникающее ранение в брюшную полость». Я прогоняю этот голос хладнокровного медика, той самой Нины Виннер, которая была честна перед самой собой. «При такой кровопотере слишком высок риск осложнений».

Нет.

Я никогда не отступлюсь. Не отпущу тебя, Реиган Уилберг. Не отдам даже смерти.

Его вносят в шатер, и я посылаю за Асиньей и инструментом.

Реиган почти сразу теряет сознание, и я, ожидая Асинью, просто склоняюсь над ним, улавливая его слабое дыхание. Целую в губы, провожу пальцами по черным волосам, а затем прослушиваю пульс.

– Ты не умрешь, – говорю ему. – Обещаю.

Когда приходит Асинья, я повязываю передник и косынку, надеваю маску и тщательно мою руки. Асинья делает то же самое. Она ничего не говорит, чувствуя мое напряжение. Молча разворачивает инструмент, и мы приступаем.

***

– Ваше высочество?

– Да? – я не отрываю взгляда от императора Эсмара, даже когда операция закончена, и он спит.

– Там еще много раненных.

Я слышу крики и стоны, постоянный скрип колес. Раненных подвозят по десятку человек за раз. Лекарский корпус не справляется. Но я не выпускаю руку Рэя, потому что она холодная, и я боюсь, что, если уйду, его сердце остановится.

– Ваше высочество, вы нужны там, – говорит Асинья, осторожно касаясь моего плеча.

Я нужна здесь.

Ему.

Как я могу уйти?

Просто быть с ним – вот все, что мне нужно. Только бы он продолжал дышать, а его сердце билось.