Лекарь для захватчика

Император вскидывает бровь, и Финч понимает, что удивляет его своим упорством и тем, что пытается защитить Антуанетту. Но Уилберг не считает нужным раскрывать лекарю свои намерения в отношении жены.

– Нынешние ее увлечения нравятся мне намного больше, чем все предыдущие, – лишь произносит он с явной иронией.

А затем он сухо благодарит мэтра и указывает ему на дверь, а Соломон ощущает непонятную злость. Что ждет ее высочество в Вельсвене? Мужнина постылая постель и постоянные роды?

Финчу еще никогда не хотелось погибнуть ради кого-то, а ради ее высочества Антуанетты он сделал бы это без сомнений.

Он был готов боготворить ее, следуя за ней всюду, даже в адовы чертоги. И, если понадобиться, он поднимет весь Орден, ведь Сарон – это бог познания, а саорельская принцесса – не кто иной, как его проводник в этом мире.

***

Реиган Уилберг

Коронация состоится через три дня.

Реиган задумчиво проводит пальцами по синему бархату прямоугольной шкатулки, в которой находится ожерелье из тридцати двух бриллиантов и россыпи топазов, так похожих по цвету на глаза его жены. Он долго и хмуро смотрит на платье, надетое на манекен, и сверкающее камнями, переливающееся, словно сияние луны.

Длинный шлейф, словно дорожка света на полу, миниатюрные белые туфельки на подставке – все это для женщины, которая его предала, связалась с заговорщиками и пыталась сбежать от него, выпив яд. Которая его презирала и делала все, чтобы опозорить. Которая спала с другими мужчинами, вызывая его гнев.

Уилберг оглядывает комнату и задерживает взгляд на постели.

Он не видел Анну месяц, а раньше обходился без нее куда дольше и не вспоминал. Но этот месяц она не выходила у него из головы, а все эти донесения от Эрта, леди Голлен и Финча лишь подогревали его интерес.

И теперь он смотрит на постель своей жены, вспоминая их первую брачную ночь и срывающийся напуганный шепот: «Презираю тебя! Презираю, Реиган Уилберг!»

Он стискивает зубы."

"Эта женщина родит ему сына, а после он казнит ее. Доказательств достаточно, чтобы Саорель это принял. Он проведет открытый суд сразу после коронации. У нее будет время передать Финчу все, что она посчитает нужным. В этом Реиган не будет препятствовать. Ему не нужны проблемы с Орденом и храмовиками Сарона, считающими любые знания священными.

Ее смерть будет легкой, он предоставит ей лучшего палача.

Но он вдруг замирает напротив изящной тиары, которую изготовили на заказ специально ко дню коронации, представляя, как эта корона будет смотреться в белокурых волосах Антуанетты, как камни будут оттенять цвет ее небесно-голубых глаз. И он вдруг вспоминает, как неумело она пыталась с ним договориться, когда ее только привезли в Эсмар – дурочка думала, что их брак сможет остаться формальностью.