Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

– Ой, привет! – обрадовалась Джессика. – Я тебя и не видала! Ты давно приехал?!

Аллилуев даже не оглянулся.

– Все, хорош поправлять, уже нормально, – сказал он в рацию. – Проходим без камеры, как репетировали. Пробуем. Все из кадра! Тишина на площадке!

– Тишина на площадке! – закричали в соседней комнате тоже.

Как-то в одну секунду на экране монитора никого не осталось, кроме стоящей девушки и сидящего на диване парня.

– Начали! – скомандовал Аллилуев.

Настя непонятно отчего вся покрылась «гусиной кожей».

Те двое после крохотной паузы стали говорить и двигаться. Девушка обошла вокруг стола, выдвинула стул с гнутой спинкой и уселась.

Парень смотрел в сторону окна, хотя там не было никакого окна, а был человек со щитом из белого пенопласта.

Она: Я так долго ехала, вы, оказывается, теперь здесь живете!

Он: Уже давно.

Она: Мне сказали в редакции, что интервью вы не даете.

Он (язвительно): Уже давно.

Она: И мне не дадите?

Он: Не дам!

Она: Я хороший журналист! Правда! И напишу хорошо! Вы не понимаете! Сейчас так мало интервью с писателями! Вот с такими, как вы, настоящими.

Он: С чего вы взяли, что я настоящий писатель?

Она: Как это?

Он: Так это!

Пауза.

Девушка и парень смотрят друг на друга. Никто не двигается.

Аллилуев в рацию:

– Стоп!

Решительно вылез из-за стола и через секунду появился на мониторе.

– Значит, все нормально, – заговорил он, – нужно только немного усилить. Леночка, ты не просто просишь, ты немного ноешь, да? У тебя задание на спор – получить интервью у типа, который интервью не дает. Кондрат, а ты, наоборот, чуть поспокойней. Ты точно знаешь, что никакого интервью не будет, барышня тебя не интересует.

– Да, – сказал парень.

– Все, снимаем.

Кадр моментально заполнился людьми, которые пометались и исчезли. Выскочила Мила с полосатой «хлопушкой».

– Мотор идет!

– «Странная история с призраком», сцена тридцать четыре, дубль один! – скороговоркой выпалила она и хлопнула перед камерой.

Девушка обошла вокруг стола, вытащила стул с гнутой спинкой и уселась.

Она: Я так долго ехала, вы, оказывается, теперь здесь живете!

Он: Уже давно.

Она: Мне сказали в редакции, что интервью вы не даете.

Он (язвительно): Уже давно.

Настя, не отрываясь, смотрела в мониторы и в затылки сидящих перед ними людей.

Джессика сопела рядом. Было очень страшно.

Те двое договорили до конца, и Аллилуев сказал в рацию:

– Стоп, моторы. Это было. Сразу еще дубль, технический.

И все сначала!..

– Вот это да, – то ли с восхищением, то ли с ужасом прошептала Джессика на ухо Насте. – Вот это работа!..

Потом переставляли камеры и снимали отдельно героя и отдельно героиню. Потом Аллилуев объявил, что следующей будет сниматься сцена тридцать восемь. «Перекостюма» нет.

– Чего нет? – спросила Джессика у Насти.