Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

– Что такое?! – в бешенстве закричала Тонечка, и голуби вспорхнули с карнизов. – Пошли вон отсюда! Что здесь происходит?!

Они оглянулись, щерясь, как волки.

– Чего надо? – негромко спросил один из них и медленно двинулся на нее. – Не, я не понял, чего надо-то?..

– Не подходи ко мне, – сквозь зубы сказала Тонечка. – Проваливайте отсюда!

– Щас! – шедший на нее усмехнулся. – Как же!

Тонечка лихорадочно соображала, что делать. Защищаться ей было нечем.

…Саша, помоги мне. Саша, я попала в беду!..

Парень подошел к ней, усмехаясь, и вдруг с силой толкнул в грудь.

Парень засмеялся, предчувствуя забаву.

– Зря ты, тетя, приперлась, – заявил он, взяв Тонечку за шиворот, – шла бы себе в собес спокойненько!..

Вдруг что-то произошло. Раздался оглушительный рев, словно сирена завыла, во двор въехала машина, почти перегородив собой подворотню.

– Атас, пацаны! Ходу, ходу!..

Вся стая сорвалась и побежала – мимо машины. Гулко топали тяжелые подошвы.

Тот, что шел на Тонечку, тоже побежал прочь, загребая ногами – скользко было!.

Ведомая непонятно каким инстинктом, московская сценаристка, которую только что почти поколотила местная гопота, бросилась вдогонку!.. Она настигла «своего», быстрое движение, промельк ног, и тот полетел головой вперед, ударился лбом в бампер машины, завыл, откатился, ринулся бежать и на этот раз угодил в открывающуюся дверь автомобиля. Схватился за живот и рухнул на колени, изрыгая проклятия.

– Что здесь происходит? – спросил человек в форме, выскочивший из машины. Вид у него почему-то был веселый и странно знакомый.

Тонечка показала на парня в сугробе у стены дома.

– Избиение, – сказала она, тяжело дыша. Только сейчас ей стало страшно. – Все на одного.

– А вы кто? Народная дружинница?

– Тоня?!

Тонечка в изумлении повернулась. Возле пассажирской двери стоял ее собственный муж Александр Герман, очень сердитый.

– Тоня, как ты сюда попала?! Что тут такое?! Как тебя сюда занесло?!

Она подбежала, намереваясь обнять его, пакет с вещичками, которые так славно было покупать, грозился стукнуть его по спине.

Она обняла мужа и чуть не заплакала.

Человек в форме взял за шиворот гопника, который вопил и плевался, и встряхнул хорошенько.

– Хорош надрываться, – сказал он все так же весело. – В ушах звенит!

– Пусти меня!

– Годика через три! – объявил человек. – Будешь свободен! Где тут у нас…

Он полез в машину, не выпуская гопника, вынырнул и ловко приладил наручники.

Тонечка сунула Герману пакет, перелезла через сугроб и подбежала к тому, которого избивали. Он уже сидел, немного покачиваясь из стороны в сторону.