Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

Я сдуру Сашку не посвятил в наши планы, вот оно все и завертелось…

– А мне директор музея сказал, что он вас терпеть не может, – не унималась Тонечка. – Вы Зосю увезли куда-то, а потом она умерла.

Герман и Кондрат поверх Тонечкиной головы посмотрели друг на друга.

– Это долгая история, – проговорил Герман, морщась. – Я тебе потом расскажу."

"– Нет, – вдруг перебил Кондрат. – Нужно прямо сейчас, Сашка. Ты потом в подробностях, а сейчас только главное. Давай.

– Я не могу, – быстро сказал Герман.

– Брось ты.

По ангару ходили люди, перекликались, курили. Машины стучали двигателями.

В распахнутые ворота тянуло сырым туманом.

Тонечка ничего не поняла.

– Саша, – она взяла мужа двумя руками за уши и повернула к себе его голову. – Что?.. Ведь хуже уже точно не будет!

Герман помедлил.

– Родион мой сын, – ответил он наконец. – Я и не знал. Восемнадцать лет назад у нас с Зосей был… роман. Я вернулся в отпуск на несколько дней, Кондрат остался в Сирии. И попросил меня съездить к его сестре. Я съездил и… получился Родион.

– Мы правда не знали, – подхватил Кондрат. – Мы здесь, в России, и не бывали почти.

А она ничего не сказала и спряталась. Полячка, гордячка!.. Всю жизнь такая была. Я в прошлом году вернулся, стал ее искать. И нашел Родиона.

– Кондрат приехал ко мне в Москву, рассказал.

– Так вот зачем ему делали тест ДНК, – проговорила Тонечка.

Герман кивнул.

– Ты должен был все мне рассказать, – сказала она грозно. – Сразу же! А не ждать год!

– Ну, вот не рассказал.

– Мужики! – издалека закричал Мишаков. – Мы тут закончим, поедем все ко мне! Я карасей в сметане сделаю! Карась, я считаю, такой же символ отечества, как и русская береза!

Вся троица – Тонечка, Герман и Кондрат – молча сидела на топчане плечом к плечу.

– То есть, – продолжила Тонечка, – нам не нужно узнавать, есть ли художественное училище в Нижнем, потому что учиться Родион будет в Москве. И собака будет с нами! Он прямо помешался на этой собаке!

– Какое художественное училище? – спросил Кондрат.

– Какая собака? – спросил Герман.

– Эх вы, герои, особая разведгруппа! – усмехнулась Тонечка. – Таких простых вещей не знаете.

И обняла обоих за шеи.

– А я тебе говорил – расскажи, – сказал Кондрат.

 – А ты струсил.

– Поедем? – предложил Герман жене. – Там наши все на нервах.

И только тут она заплакала.

На лужайке играли в бадминтон, на террасе накрывали стол, возле сарая рубили дрова, из-под навеса тащили мангал.

И народу – не протолкнешься.

Генерал Липницкий в подвернутых спортивных штанах и носовом платке, завязанном на четыре узла на голове, вогнал топор в колоду и скомандовал, чтоб Марина подала ему квасу – жарко.

– А что, у нас есть квас? – удивился Даня, который таскал дрова в дом.