Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

"

"– Мне неудобно, – объявила Марина Тимофеевна. – Я привыкла всем подавать, а тут наоборот.

– Лен, – спросила Тонечка у хозяйки дома, которая раскладывала приборы к тарелкам с вишнями и сливами, – а твой муж Кондрат правда повар, что ли? Он так готовит! Я только в кулинарных передачах видела, чтоб так готовили.

Лена засмеялась и передала ей приборы.

– А твой? На, разложи на той стороне! Твой муж правда продюсер?

– Ну, мой со своей прежней работы много лет назад ушел, а твой совсем недавно!

– Он в последние годы правда поваром работал, – объяснила Лена. – Это очень хорошее место – всегда вокруг много людей, вина, разговоров.

Он же… в разведке служил. В ресторане много информации можно получить. Да и я тоже, знаешь, не тупая блогерша! То есть, может, и тупая, но не до конца. Мы все решаем свои задачи, Тоня.

Тонечка кивнула.

Свыкнуться с мыслью, что Герман и его друг Кондрат вместе служили когда-то в разведке, она до сих пор не могла. Оперативный псевдоним Кегер – Кондрат Ермолаев и Александр Герман!

Тогда, зимой, она ничего не поняла, когда Кондрат сказал, что будет разговаривать только с адвокатом по фамилии Кегер! А оказалось, он таким образом дал понять Герману, что снова вышел на тропу войны и Герман не должен ему мешать!

Мишакова Тонечкин муж предупредил, а ей не сказал ни слова!

Впрочем, они многого не могли друг другу сказать.

Хорошо, что все закончилось.

Липницкий вошел на террасу, сделал большие глаза, увидев роскошный стол, и заметил:

– Там собаки подрывают устои.

– Что такое?

– Ну, роют яму под забором.

– Так разгони их немедленно! – всплеснула руками Марина.

– Нет, я в душ. Гоните сами!

Лена выскочила на крыльцо и закричала детям, чтоб разогнали собак.

Ее никто не слушал, и разгонять пришлось самой.

За стол уселись поздно и пировали долго.

Кондрат произнес тост за Тонечку, и Лена произнесла тост за Тонечку.

– Как ты тогда меня нашла! – сказала она. – А помнишь, как Гриша тебя чуть не задушил!

– Тоня, не ввязывайся в уличные потасовки, – вставил Герман. – Я же тебя просил!

– Если бы я не ввязывалась, неизвестно, чем бы все закончилось, – язвительно отвечала Тонечка. – А почему вы тогда Родьку позвали, а сами смылись? Один на нары, другая в музей!

– Мы думали, что у нас есть время, а Сашка настаивал, хотел Родиона увидеть.

А тут как раз накануне вашего приезда на Лену на стоянке напали, и мы поняли, что ждать нельзя. Мы когда в Бейруте познакомились, она мне сразу рассказала и про отца, и про Пояс, и сразу было понятно, что нас в покое не оставят. На самом деле, я был уверен, что Сашка Родиона не проворонит, разберется.

– Да это я разобралась-то!

– Ну, ты, конечно! – Герман от души поцеловал супругу в розовую щеку.