Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

Когда они въехали в спящий городишко, Тонечка сказала, глядя в окно:

– Я дам вам ключ от дома Лидии Ивановны. Он у меня остался.

На Заречной улице горел один-единственный фонарь, а под ним маячила смутная фигура.

– Господи, – пробормотала Тонечка испуганно. – Саш, останови! Это же Родион, да?!

– Видите, что вы наделали? – спросила Саша у мужика. – Парня перепугали!

«Мерседес» еще не остановился, а Тонечка уже выскочила и помчалась.

– Родька!.. Родион!

– Тоня, где ты была?! Где ты была, я тебя спрашиваю?!

Они сошлись под самым фонарем, и мальчишка бросился ей на шею. Под курткой у него билась собака Буська.

Он прижимал ее к себе одной рукой, а другой обнимал Тонечку.

– Я думал, ты пропала! Я звонил, звонил! Тоня! Где ты была?

– Ты мой хороший, – повторяла Тонечка, осыпая его поцелуями. – Ты мой маленький! Нас заперли на участке, а телефон не работает! Я тебе тоже звонила, Родька!..

Федор Петрович вздохнул так, что «Мерседес» качнулся, и протянул:

– Да-а уж.

И выбрался из машины.

– Ты давно тут стоишь? – продолжала спрашивать Тонечка. – Господи, ты замерз совсем!

– Как стемнело, – торопливо рассказывал Родион.

 – Я все рисовал, а потом понял, что уже поздно! И стал тебе звонить, а у тебя телефон не отвечает. Я к Саше сбегал, там тоже никого. Папе я решил ничего не говорить!

– Правильно ты решил.

– Мы с Буськой к магазину тоже сбегали, а потом еще… туда. Где полиция.

– Зачем?!

Ну как он мог объяснить – зачем.

Он так перепугался, когда понял, что ее нет, испытал такой ужас – вдруг она тоже исчезла навсегда, как его мать!.. Ему было семь лет, когда мать пропала, а потом оказалось, что она умерла. Он помнил этот момент. Вот к нему наклоняется чье-то лицо, и губы произносят: «Твоя мама умерла».

Если бы не собака, которая на этот раз была с ним, он наверняка тоже умер бы от ужаса.

Но собака не дала ему пропасть.

Вместе они побежали искать Тоню.

Должно быть, в поисках не было никакого смысла, но нужно было что-то делать, двигаться, мчаться!..

Они бегали по улицам, и уже совсем стемнело, и они вернулись на Заречную, но в дом не пошли.

Возвращение в дом означало бы, что поиски провалились окончательно и они остались вдвоем на всем белом свете!

Тут Родион вспомнил об отце, но звонить ему не стал – чтоб тот не помчался ночью на машине.

Родион знал, что это опасно, но отец помчится, если он ему скажет.

И не сказал.

Они с Буськой стояли под фонарем, мерзли и тряслись, и ни одна машина не проехала по дороге и не свернула к ним!

А потом показался «Мерседес».

– Бедный мой мальчик, – продолжала причитать Тонечка. – Так я и знала! Так и знала! Но думала, может, ты рисуешь и ничего не замечаешь!

– Тоня, – сказал мальчишка, – как хорошо, что ты вернулась.

– Я никогда и никуда не денусь. – Мачеха прижала его к себе еще крепче.